- Я не хочу ничего слушать, Никита, ты не понял?
- Совсем ничего? Даже о том, как подруга твоя и муж твой пять лет назад подставу устроили? И о том, кто на самом деле к тебе братков посылал? И адвоката, чтобы моё алиби подтвердить? И кто тебя убедил подписать бумагу, что тебя со мной не было? И кто сделал так, чтобы я об этом узнал?
- Что ты несешь, Никит? – смотрит, глаза по пять рублей округляя, - ты о чём?
- Ты и сейчас мне не поверишь, да, Саш? – головой качаю, ухмыляясь.
А чего ты ждал, Лавр? Ей столько лет внушали, что ты зек, убийца, бандит… И тут она после страстной ночи и признаний в любви тебе сразу поверит? Кстати, в любви-то нормально так и не признался.
Хватаю ее за талию, поднимаю, тащу в машину.
- Что ты делаешь, Никита?
- Сказал же, что разговор не для улицы, котён?
Затаскиваю на заднее сидение, сам следом забираюсь, двери блокирую, вижу, в глазах у неё растерянность и страх. Слезки подкатывают.
- Мне не веришь, да? Хорошо. Может, другим поверишь?
Достаю телефон, нахожу приложение с диктофоном – у меня это уже как условный рефлекс, все важные разговоры автоматом записываю, просто нажимаю кнопку и все.
Сашка слышит голос мужика, который нам с Дорофеевым буквально час назад каялся. Я, конечно, не уверен, что она сразу поверит, но…
Вижу, как бледнеет на глазах, губку закусывает. И… слезки повисают на ресницах. Рот рукой закрывает, когда история с Андреем всплывает.
Может, и не виноват муженек-то… ему эта Ксюша, юбочка из плюша наплела, что он может Сашку получить, если впишется, ну и…
Когда всё заканчивается мы оба молчим.
Потом Сашка поворачивает голову, смотрит на меня.
А я…Чёрт, мне так её жалко в этот момент, что я даже теряюсь. Делаю единственное, что кажется правильным. Притягиваю к себе, прижимаюсь лбом к её лобику чистому.
- Я люблю тебя, Сашка…
Глава 44
- Я не хочу ничего слушать, Никит, ты не понял?
Нежный аромат чудесных цветов, что разделяют нас с Лавровым, не даёт сосредоточиться.
Но я всё равно держусь из последних сил. Воинственно свожу брови к переносице и стараюсь смотреть на него холодно и неприступно. Обещала, ведь, себе, что больше не куплюсь на всю эту чушь!
Обещала!
Но Никита меня будто не слышит! Его огромные ручищи с силой сжимаются на талии – уже дышать сложно. Предпринимаю отчаянную попытку вырваться, но…
Это нереально! Даже обидно, что я такая мелкая и слабая по сравнению с ним.
