— Тссс, подумает еще что ты из этих… — хохочу я.
— Из каких? — недоумевает она, а потом и до нее доходит. — Ах, из эээтих! Мне почти 34, Зар. Я слишком стара для этого дерьма.
— Что он делает сейчас?
— Тушит сигарету…встает…ой,, кажется, посадку объявили.
— Тогда беги, Инди. Не опоздай. Вдруг в небе ты встретишь свою судьбу, — дразню ее.
— Ой, я тебя умоляю, какая судьбаа? — представляю, как она отмахивается. — Все дорогая. Я побежала. Люблю тебя! Потом расскажешь, как все прошло. Пока.
Индира отключается, а я не совсем понимаю смысл ее слов.
Что именно прошло? Наверное, она просто заговорилась или засмотрелась на этого мужика.
Убрав телефон обратно, снова остаюсь наедине со своими мыслями. Приложив руку к груди, наслаждаюсь моментом и благодарю Бога за то, что жива, цела и невредима. За то, что со мной моя дочь и мои родные. Не хватает только Его. Так сильно и остро, что я места себе не нахожу от того, что не звонит так долго. Где он? С кем он? Как он? Бежала, бежала от него, но скрыться не получилось, потому что чувство, которое крохотным росточком пробилось на поверхность сердца, выросло и заполнило собой все внутри.
Моей любви так много лет, что я не знаю себя другой, без нее. Без него.
— Привет.
Замираю, услышав родной голос за спиной. Я чувствую его всем телом и душой. Вот он здесь, рядом. Не мираж, не призрак, а мой любимый, единственный.
Глава 52
— Замерзла? — Карим подошел сзади и обнял меня, укрыв меня от внезапного ветра. А руки у него сильные и теплые, как два орлиных крыла.
Смотрю на выпуклые вены и хочется дотронуться, погладить.
— Как ты здесь оказался? — разворачиваюсь и вглядываюсь в любимые черные глаза.
— По воздуху, — усмехается он. — Несколько часов назад прилетел, остановился в гостинице.
— Поэтому не звонил так долго? — произношу с укоризной.
— Хотел сделать сюрприз.
— А я волновалась. Очень."
"Рядом с ним я чувствую себя такой маленькой, тогда как он — настоящий великан: большой, мускулистый, мужественный. Мой. Хотя по статусу бывший.
Я уже давно не девчонка в розовых очках, но сейчас, как в юности. в животе орудует целая шайка бабочек. Машут крылышками, стремятся наружу, подталкивают меня к безумию. И вот я, не сказав ни слова, вскидываю руку и дотрагиваюсь до его жестких волос, зачесывая их назад. Он закрывает глаза и стоит, не шелохнувшись. Мои пальцы скользят ниже, к бровям, виску, скуле, на которой я останавливаюсь. Он мягко кладет свою ладонь на мою и прижимает к своей щеке.
— Знаю.
