И еще, a proposito[108]: «Чем ближе к неприятелю, тем лучше». Огибая остров, они потеряют даже не пять, а больше десяти минут, и еще неизвестно, найдется ли там удобное место, чтобы причалить к берегу. А прямо по курсу лежат прекрасные, пустынные и никем не охраняемые пирсы.
Соуза в который уже раз посмотрел на часы. Пендергасту пора подать сигнал. Контрольное время истекло, но ничего не происходило. Беспокойство начало терзать полковника. Он ошибся, слепо доверившись этому человеку, чудовищно ошибся.
Если отряд высадится на берег до сигнала, у него не будет никаких шансов прорваться в крепость. И никакой возможности вернуться назад в город.
Сигнал опаздывал уже на пять минут. Остров становился все ближе. Они находились на дистанции выстрела от берега. Соуза прокричал в наушники:
— Остановить оба катера! Быстро!
Никто не усомнился в его приказе, хотя все и удивились: о que diabos agora[109]
Буксир затормозил, а затем и остановился, когда двигатель включился на реверс. Второй катер тоже дал задний ход.
Небо было ясным, озеро — спокойным. Позади горели и дымились дома, пострадавшие во время короткого сражения в городе. А остров по-прежнему казался мрачным и безлюдным.
Оба судна остановились, и чувство тревоги и сомнения в успехе начало передаваться всем бойцам. Они не сводили глаз с полковника. Но он ничем не выдал своих мыслей и со спокойным выражением лица осматривал остров. Катера продолжали дрейфовать.
И вдруг над крепостью заклубился дым и вспыхнули языки пламени.
Спустя несколько секунд над водой пронесся грохот взрыва. Словно в замедленной съемке, большой кусок стены с шумом обрушился до самого основания, каменные блоки покатились по склону. В воздух поднялся огромный столб пыли, заслоняя собой зияющую брешь в стене крепости.
Пендергаст все-таки подал сигнал. Получилось даже лучше, чем ожидал полковник. Теперь его отряд мог без труда проникнуть в крепость.
— Полный вперед: — проревел в наушники Соуза. — К пристани!
Раздались оживленные крики бойцов, резко взревели двигатели, и катера рванулись к незащищенному причалу.
Берег стремительно приближался, и полковник выкрикнул новый приказ:
— Estão prontos! Ataque![110]
71
Едва Альбан вошел в кабинет, Фишер выключил радио, встал и протянул руку. Он всегда испытывал прилив гордости, когда смотрел на юношу. Трудно поверить, что парню всего пятнадцать лет. При росте в шесть футов и три дюйма он выглядел на все двадцать.
