Нужно срочно поговорить с ним, подробнее узнать об этом гипотетическом сыне-убийце.
Д’Агосту поразило лицо друга — оно было необычайно напряженным, почти безумным. Глаза ослепительно сверкали, но взгляд при этом оставался ясным, осмысленным.
— Где вы пропадали? — спросил лейтенант.
— Я гнался за убийцей до самой реки. Он спрятался где-то возле старого причала.
— Вы… гнались за ним?
— Когда я зашел в номер, он уже спускался по пожарной лестнице. У меня не было времени предупредить. Я не хотел его упускать.
— И вы уверены, что это… ваш сын?
Пендергаст строго взглянул на него:
— Я уже говорил, что это должно остаться между нами.
Д’Агоста нервно сглотнул. Его тревожил напряженный, пристальный взгляд Пендергаста.
— Раз у вас есть информация, мы обязаны поделиться… — начал было он, но запнулся, увидев, как агент изменился в лице.
— Винсент, только я могу поймать этого убийцу. Больше никто. Любые действия полиции лишь усложнят ситуацию. Поэтому мы должны хранить эти сведения при себе.
Во всяком случае, пока. Вы меня поняли?
Д’Агоста не ответил. Он все понимал. Но разве можно скрывать такую информацию, позволяющую опознать убийцу? С другой стороны, сама мысль о том, что убийца — сын Пендергаста, что у него вообще есть сын, — сама эта мысль казалась лейтенанту безумной. Его друг явно не в себе. Возможно, и в самом деле не стоит пока никому ничего рассказывать.
Он все еще не решил, как следует поступить.
— Так-так, уж не агент ли Пендергаст к нам пожаловал?
Из номера появился Гиббс.
Он натянуто улыбнулся, подошел ближе и протянул руку. Пендергаст ответил тем же.
— Кажется, вы побывали в переделке, — хмыкнул Гиббс, скосив глаза на испачканный грязью костюм Пендергаста.
— Так и есть.
— Интересно, как это вы с лейтенантом оказалась на месте преступления всего на пару минут позже самого убийцы? Лейтенант говорит, у вас есть какая-то гипотеза, основанная на числовой последовательности.
— Фибоначчи, — произнес Пендергаст.
— Что еще за Фибоначчи? — нахмурился Гиббс.
— Леонардо Фибоначчи, средневековый математик. Итальянец, естественно.
— Значит, итальянец. Понятно.
— Я сравнил данные по убийствам и обнаружил, что в адресах этих отелей существует определенная система: дом пять по Сорок пятой Восточной улице, дом восемь по Пятидесятой Западной и дом тринадцать по Сентрал-парк-Уэст. Пять, восемь, тринадцать — это и есть последовательность Фибоначчи. Следующим числом в ней должно быть двадцать один.
