Но мальчишка настолько быстр и силен, что может убежать даже сейчас. Просто убежать.
Нужно всадить ему пулю в колено.
Молниеносным движением он опустил ствол и выстрелил. Но Альбан дернулся еще раньше, чем Пендергаст успел нажать на спусковой крючок, и пуля прошла мимо, лишь пробив ему брюки.
Альбан рассмеялся, наклонился, засунул палец в отверстие от пули и пошевелил им.
— Близко! Мм… Но все же недостаточно точно. Как это говорится? На этот раз я тебя сделал.
Он отпрыгнул в траву и поднял «лес-баер» Пендергаста.
— Ты знаешь стихотворение «Der Erlkoenig»[69] Гете?
— Да, в переводе.
— Schön! Наизусть?
— Да.
— Тогда вот как мы поступим. Ты поворачиваешься спиной, закрываешь глаза и читаешь это стихотворение. Первые три строфы. Нет, сейчас уже достаточно темно, а я в отличной форме, так что хватит и двух. Потом ты открываешь глаза и начинаешь искать меня.
— А если я сжульничаю?
— Я пристрелю тебя. — Светлые глаза Альбана холодно сверкнули. — Конечно, я мог бы выстрелить и сейчас, но это тоже было бы жульничество.
Мы, Пендергасты, играем честно. — Он снова улыбнулся. — Ну так как, начнем?
— У меня еще есть…
— Думаю, что вопросов было достаточно. А теперь решай, будешь ли ты играть.
— Почему бы и нет?
— Если откроешь глаза раньше, значит ты сжульничал. Я стреляю, ты умираешь.
— Ты можешь и так убежать от меня. Это неинтересная игра.
— Да, я могу убежать. Но не стану этого делать. Я просто спрячусь, пока ты будешь читать стихи. А ты можешь искать меня любым способом — по следам, с помощью логики или хитрости.
Тебе решать. Итак, поворачивайся спиной и начинай.
Пендергаст услышал щелчок предохранителя «лес-баера». Он немедленно повернулся, закрыл глаза и начал читать громко и отчетливо:
Кто скачет, кто мчится под хладною мглой?
Ездок запоздалый, с ним сын молодой…
Закончив вторую строфу, он быстро обернулся и осмотрел опустевший пирс. Альбана нигде не было. «Лес-баер» лежал в траве в нескольких ярдах от агента.
Пендергаст прекратил поиски лишь спустя три часа.
38
— Будь оно все проклято, — пробормотал лейтенант Винсент д’Агоста.
Он стоял в коридоре отеля «Мюррей-Хилл», но даже отсюда прекрасно слышал гудки автомобилей, застрявших в пробке, крики и прочий городской шум. Прошло несколько часов, но движение на дороге стало лишь плотнее. Пробка тянулась от отеля до самого небоскреба «Мит-Лайф», наверняка свою роль сыграли и любопытствующие, столпившиеся у входа.
