– Папа! – крикнула Надя, и я почувствовал протянувшийся от нее поток Силы. Мельком покосился на дочь – Арины рядом с ней уже не было. Ушла, старая ведьма! Бросила!
– Стой! – Тигр шагнул между мной и Двуединым. – Ты нарушаешь правила! Время еще не пришло! Пророчество гласило – три жертвы на четвертый раз, на пятый день!
– Уйди с дороги, щенок, – сказал Двуединый. Из его правых рук в Тигра ударили кипящие струи огня, из левых рук – иссиня-черный клубящийся дым. – Мне плевать на твои пророчества!
Тигр встряхнулся – багровое пламя и синие осколки льда посыпались с него наземь.
Асфальт под его ногами закипел и вздыбился буграми. Снег и лед испарялись, поднимаясь клубами тяжелого сизого тумана.
– Никто не вправе плевать на пророчества! – словно бы с радостью воскликнул Тигр.
Он сделал шаг, выдирая ноги из поплывшего асфальта. Даже за поднятыми Щитами мне стало жарко.
– И теперь… это… мое… право! – приближаясь к Двуединому, произнес Тигр.
Двуединый кинулся ему навстречу – и два порождения сумрака сплелись в клубок.
Они катались по земле – уже не в магической, в обычной драке. А может быть, тут было и волшебство. В конце концов, когда дерутся между собой два воплотившихся закона природы, две обретшие человеческий облик функции – что в этом есть немагического? Пусть даже бой ведется клыками и когтями…
Двуединый не изменялся, так и дрался в своем паучье-человеческом облике. Тигр преображался. Временами я видел мелькающие тигриные лапы, оскаленную звериную пасть. Временами – человеческое лицо с не менее яростным оскалом и окровавленные руки.
Мне даже казалось, что все это было одновременно – он был сразу и человеком, и зверем.
В какой-то миг из клубка вылетел растопыривший лапы рыжий кот, с диким мявом прокатившийся по снегу, и метнулся к дверям ресторана.
Я начал пятиться, отступая к Наде. Я ничем не мог помочь Тигру. Я даже ударить не мог, не рискуя зацепить нашего единственного защитника.
– Открывай портал! – крикнул я дочери.
– Не могу! Сумрак кипит! – в отчаянии повторила она.
– Тут все… плывет…
То, что в сумраке непорядок, я и сам чувствовал. Даже заглядывать в него не нужно было. Земля под ногами стала подрагивать. На вершинах гор засветились призрачные сиреневые огни. Низкий тяжелый звук повис в воздухе.
Сумрак лихорадило. Сумрак сейчас сражался сам с собой – две его ипостаси сошлись в смертельной схватке. Двуединый – древний губитель цивилизаций – и Тигр – их древний хранитель. Оба всесильные. Оба безжалостные.