Доложил и о случае с убитыми осведомителями.
— Ай, как нехорошо! — поморщился Петр Петрович. — Как неаккуратно и непредусмотрительно. Нельзя же действовать так топорно! А теперь этот ваш оперуполномоченный будет рыть землю, чтобы установить истину. Да и что тут устанавливать? Тут все на поверхности. Достаточно элементарных логических умозаключений, и он поймет, что произошедшее дело ваших рук. Вашего недалекого ума, точнее говоря! И это означает, что вы будете разоблачены. И что же вы теперь намерены делать?
Сальников молчал.
Он не знал, что сказать.
— Молчите? — спросил Петр Петрович. — Молчание — это, конечно, дело хорошее, но — не для нашего случая. Нам надо действовать немедленно и решительно, иначе вся операция пойдет к черту и вам придется за это отвечать! Могу даже сказать, что именно вас ожидает в случае срыва операции…
— Что именно я должен делать? — спросил Сальников.
— Думаю, вы догадываетесь об этом и без меня! — резко ответил Петр Петрович. — Но так и быть, растолкую.
Вам необходимо убрать вашего оперуполномоченного. Незамедлительно.
— Убить, что ли? — задал совсем необязательный вопрос Сальников.
— Нет, отправить его в Кремль для награждения орденом, — вспылил Петр Петрович. — Разумеется, убить!
— Понятно, — угрюмо произнес Сальников.
— А коль понятно, то действуйте! — велел Петр Петрович. — Да глядите, не оплошайте и на этот раз. Все должно быть сделано тонко и аккуратно. То есть чтобы на вас не упала ни малейшая тень подозрения! Это вам не убийство пяти заключенных.
Вам все ясно?
— Да, — кивнул Сальников.
— Стрелять в него нельзя, — сказал Петр Петрович. — Потому что поневоле возникнет вопрос: кто убил его выстрелом? У заключенных огнестрельного оружия нет, поэтому подозрение падет на вас или ваших подчиненных. Вы должны быть вне всяких подозрений. Организуйте это дело так, будто оперуполномоченного убили сами заключенные. К примеру, те же уголовники. Почему бы и нет? И пускай ищут… А вы тем временем будете продолжать свое дело.
О результатах докладывайте мне немедленно!
С тем и расстались. Ближе к вечеру Сальников вернулся в лагерь. Здесь его ждал оперуполномоченный Казаков.
— Надо поговорить, — сказал он. — Срочно.
— Что, есть что-то новое в расследовании? — помедлив, спросил Сальников. — Или убили еще кого-то?
— Пока — никого, — сухо ответил Казаков. — Просто важный разговор.
Они прошли в кабинет начальника лагеря.
— Я слушаю, — сказал Сальников.
