В то самое время, как они беседовали, с другими блатными беседовали другие люди из числа завербованных Осиповым. Подошел один из таких людей и к Раздабарову с Лыковым. Случилось это почти сразу же после отбоя: Раздабаров и Лыков даже вздремнуть не успели.
— Пошептаться надо, — сказал подошедший, обращаясь одновременно и к Афанасию, и к Игнату."
"— И кто ты такой, чтобы нам с тобой общаться? — спросил Раздабаров, стараясь придать своему голосу надменность. Если судить по внешнему виду, то подошедший был из бытовиков или политических, а значит, блатному с ним полагалось говорить именно так — надменно и свысока.
— А вот я все объясню, — сказал подошедший. — Но только отойдем в сторонку. Чтобы другие не слышали…
— Ну, отойдем, — с усмешкой ответил Раздабаров и покосился на Лыкова — слышит ли он. Лыков, разумеется, все слышал.
Втроем отошли.
— Ну, говори! — все так же насмешливо и свысока произнес Раздабаров.
— Тут такое дело… — вполголоса произнес незнакомец. — Взялись за вас, за блатных.
Крепко взялись! Еще пару деньков, и повяжут всех вас! И кого куда: кого — в другие лагеря, кого — в кондей, а кого-то — и к стенке. Дело известное, за убийство опера и его стукачей…
— Тебе-то что с того? — пожал плечами Раздабаров. — Что это ты так обеспокоился? Не тебя же поставят к стенке!
— Не меня, — согласился собеседник. — Но ведь вы же не убивали. Никто из блатных никого не убивал. За что же вам принимать пулю или гнить в штрафном изоляторе? Получается — несправедливо!
— А справедливо — это как? — спросил Лыков.
А Раздабаров добавил:
— Ну, а ты-то отчего так озаботился и взволновался? Кто ты вообще такой? Что тебе надо?
— Я знаю, кто убил опера, — сказал собеседник. — И его стукачей — тоже…
— Вот как, — равнодушно произнес Лыков и с презрительным видом сплюнул. — Шел бы ты от нас подальше со своими дешевыми подходцами!
— И передай «хозяину», или кто там тебя послал, наш пламенный привет! — добавил Раздабаров. — А то ведь и ты ляжешь с покойным опером — на общих правах и основаниях.
За такие-то дела!
— Мы можем вам помочь, — сказал собеседник.
— Вы — это кто? — пренебрежительно произнес Раздабаров. — И в чем помочь? Погоди, Угрюмый! Не стоит его валить тут же, на месте… Пускай он для начала выскажется. А там поглядим…
— Тут дело вот в чем… — начал собеседник.
И он рассказал Раздабарову и Лыкову примерно то же, что рассказал Подкове Осипов.
— …Ну, вот, — закончил рассказ собеседник. — Теперь вы все знаете.
