Она пыталась найти какие-то слова, но слов в голове было много, и все они метались в хаотичном беспорядке и никак не могли отыскать выход – губы Тамару не слушались.
– Приезжайте, пожалуйста, – продолжал между тем отец, и Тамаре показалось, что голос его стал чуть мягче. Или только показалось? – Я буду вас ждать.
И повесил трубку, не прощаясь.
Тамара долго слушала звенящие прямо в ухо короткие гудки отбоя, потом осторожно отошла от телефона и вдруг почувствовала, что у нее дрожат колени. Ноги не держали ее, и пришлось сесть на корточки, опираясь спиной о стену.
– Солдатик, что случилось? – испуганно спросил Григорий. – С кем-то беда? Кто-то умер?
– Папа пригласил нас с тобой на свой юбилей, – монотонно сообщила Тамара, глядя в пространство.
– То есть он нас простил? – обрадовался Григорий. – Он готов с нами встретиться? Так это же замечательно, Солдатик!
Он нагнулся, подхватил ее одной рукой под согнутые коленки, другой обнял за плечи, поднял и закружил по комнате.
– Ты помиришься с отцом, ты с ним повидаешься, все наладится, все будет хорошо! И жизнь снова засверкает радужными красками! А я сделаю тебе такой костюм к этой поездке – все ахнут! Да что там все – ты сама ахнешь, хотя у тебя дизайнерская фантазия похлеще моей.
Но уж я постараюсь, можешь мне поверить. Солдатик, жизнь прекрасна!
* * *– Ну, дальше я не стал смотреть, боялся, что наша птица-говорун раньше меня вернется. Но вот как-то так примерно, – доложил Змей.
– Хорошо! – всхлипнул Камень. – Меня аж слеза прошибла.
Порадовал ты меня, дружище. А как Григорий за Тамару радуется – это ж приятно посмотреть!
– Приятно, – согласился Змей. – И прозвище он ей хорошее придумал, не сопливое. Солдатик! Надо же. Все-таки интересная штука – человеческий язык. Слово, казалось бы, мужское, даже военное, а сколько в нем любви. Давай, пока время есть, о Головине поговорим.
– Давай, – с готовностью отозвался Камень. – Ты насчет правды хочешь мое мнение узнать?
– Насчет правды? – удивился Змей.
– А что там с правдой? По-моему, там все ясно и нет темы для обсуждения. Или тебе что-то непонятно?
– Ну как это нет темы для обсуждения? – возмутился Камень. – А вопрос о том, всякая ли правда нужна людям? Это же краеугольный камень всей информационной политики в любом государстве. Да и в искусстве тоже это важно. С истиной-то мне все понятно, истина нужна для правильного принятия решений. А вот правда – она зачем нужна?
– Низачем, – хмыкнул Змей.
