— Никуда мы с вами не пойдем через пару минут. Будете сидеть здесь, пока окончательно в себя не придете, а потом я вас домой отвезу.
— Ишь вы какая, — усмехнулся Боровицкий. — И на чем же вы меня отвезете? На Проше вашем, что ли?
— Такси вызову и с вами доеду, — отрезала Даша. — Давайте не будем проблему на пустом месте создавать.
— Давайте, — согласился старик. — Тогда лучше всего будет, если вы со мной дойдете до корпуса, потому что у меня там внутри свой уголок имеется.
— Какой уголок? — подозрительно спросила Даша.
— Ма-аленький такой закуточек, — протянул Петр Васильевич. — Управляющая пансионатом, добрейшей души женщина, разрешила мне его для своих нужд приспособить. Там, во-первых, прохладно, а во-вторых, можно полежать.
Даша нехотя согласилась. Медленно, останавливаясь у каждой клумбы, они пошли к дверям пансионата. Солнце поднялось высоко, и Даша с опаской поглядывала на Боровицкого, но тот шел как ни в чем не бывало.
— Кстати, а вот и еще один любопытнейший человек, — обронил старик, наклоняясь над крупными пахучими цветами.
— Ради него нам с вами стоит подойти к пруду.
— А далеко идти? — насторожилась Даша.
— Да мы уже почти около него. Вон, смотрите…
Приглядевшись, она заметила ровный круг воды невдалеке. Подошли поближе, и Даша разглядела крохотный искусственный прудик, обложенный по периметру крупной галькой. В прудике плавали маленькие разноцветные рыбешки, а на поверхности колыхались белые цветы.
— Настоящий японский сад! — восхитилась Даша. — Кто за ним ухаживает, интересно?
— Я и ухаживаю, — раздалось из кустов, растущих с другой стороны водоема.
От неожиданности Даша вздрогнула, а Боровицкий довольно ухмыльнулся в усы.
— Добрый день, Виконт, — поздоровался он. — Вы все совершенствуетесь?
— Да уж приходится…
Раздалось кряхтение, и из кустов вылез худой высокий старик лет семидесяти. Вид у него был, по мнению Даши, исключительный: зеленая отглаженная рубашка с короткими рукавами, щегольские светлые брюки, лакированные ботинки… Он отряхнулся, провел рукой по чуть смявшимся брюкам и слегка поклонился Даше.
— Иван Сергеевич, — прогудел старик. — Яковлев. Для друзей и близких — Виконт.
— Дарья Андреевна, — пробормотала Даша, стараясь не думать о том, что Иван Сергеевич делал в кустах.
— Иван Сергеевич, — повернулся к ней Боровицкий, — изучает поведение рыбок. А они, как вы можете заметить, очень пугливы.
— Пока пугливы, — поправил его Виконт. — Просто их недавно привезли, и они еще не успели к нам привыкнуть.
