Девственница, умница, смотрит на него с придыханием. Восхищается его достижениями.
— При всем уважении к мистеру Крауфту…
Крауфту запущенные шестьдесят.
— Она с ним в обмен на ресурс.
— А в обмен на что трахаются нормальные женщины?
— Хотел бы я знать… — пожимаю плечами. — Давай спросим.
— У кого, Хан? У кого… — с усмешкой обводит взглядом публику.
Делаю глоток шампанского.
Замечаю в толпе знакомый профиль.
Мия?!
От неожиданности шампанское попадает в нос, заставляя откашливаться.
Раздражённо вытираю лицо салфеткой.
Бросаю смятую салфетку на поднос официанту.
Забыв про Фурсина, иду в ее сторону."
"Она немного инородно смотрится на этой ярмарке тщеславия. Сегодня она не в Бохо, но тоже странная. Платье в греческом стиле, с тонким металлическим поясом под грудью.
Волосы собраны наверх. На открытой шее прядь.
Стоит одна.
Неуверенно оглядывается.
В ее руках нет бокала, и она словно не знает куда деть их.
Нервно расправляет длинную юбку платья по бедру.
Подхватываю шампанское с подноса.
— Добрый вечер.
Вручаю ей.
— Ааа… — поднимает на меня взгляд. — Добрый… вечер… Хан.
— Что ты здесь делаешь, Мия?
Сюда очень сложно попасть, мероприятие закрытое. Много драгоценностей, вип-персон…
— В таких средах лучше не появляться без покровителя. Ты представить себе не можешь, на что способны заинтересованные мужчины с такими возможностями.
Например, я.
— Мисс Вейгель! — врывается между нами администратор.
Мия тут же разворачивается к ней.
Недовольно дёргая бровями, сжимаю челюсти.
— Прошу прощения, мистер Арманов, я на мгновение, — извиняюще прижимает руку к груди администратор.
Вручает Мии небольшую коробку.
— Гонорар на Вашем счету.
— Благодарю!
Провожаю взглядом ворвавшегося так некстати сотрудника.
— Вы что-то хотели, Хан? — кусает губы Мия.
— Да. Я хотел спросить, в обмен на что… такая женщина как ты, вступает в связь?
— У Вас этого нет. Извините.
Моя челюсть падает от ахуя…
— В смысле — у меня нет? У меня есть всё, ясно?
— Ясно, — явно отказываясь вступать в полемику.
Делаю вдох поглубже, преодолевая иррациональное желание прессовать ее морально. И раздробить её ракушку. Расчленить, рассмотреть, распробовать и наконец-то понять, что меня притягивает в ней. Что именно?
Но как известно, если сломать что-то живое, его больше нельзя собрать в первоначальную версию. А мне очень ценна эта… первоначальная.
Мои пальцы зависают в воздухе в сантиметре от ее загорелого плеча.
