Но просто так сбежать…взрослый мужик…
— Ляль…
—Ольга Валерьевна, — обрываю его.
— Хорошо, я.. мне непривычно это все. Черт… — взъерошивает волосы пятерней, — Блять, Оль, я просто будить тебя не хотел, ты так сладко спала, а я привык дома спать. У меня принцип такой… вот как все это объяснить тебе и не обидеть… По-идиотски вышло."
"— Все нормально, — максимально ровным голосом даю ответ. — Как там… сегодня одна, завтра другая, но спать только дома, да? Верно? Вот и спите там Илья Валентинович, а ко мне больше приезжать не стоит.
У меня в квартире аура не та, диван жесткий и кровать маленькая. Это все, что сказать мне хотели? Меня ждут в перевязочной. Спасибо за внятный разговор, — просачиваюсь опять мимо него.
— Ну ты чего? — вновь на талию ладони его ложатся. — Ляль, я старый дурак с принципами и… привычками, — носом в мои волосы зарывается. — И отношения на работе это… сложно. И с такой молоденькой девочкой, от которой мозги плывут, когда ты рядом, тоже пиздец как сложно, — сквозь зубы проговаривает.
— Мне нужно время, понимаешь? Не психуй. — поднимает мое лицо за подбородок, — Ты такая красивая… — горящими глазами по лицу бегает, останавливаясь на губах, — Крышу рвет. — губами к моим прикасается, раскрывая их. Языком по зубам, небу шарит. — Я сто лет не был в отношениях, Ляль.
— Мне идти нужно, — стараюсь отстраниться. — А вы должны понять чего хотите. И кого.
Отстраняюсь и покидаю его кабинет. Пока иду по коридору пытаюсь унять сердце из груди вырывающееся. Переварить его слова… понять смысл сказанного.
Но ничего не выходит, даже в перевязочной и процедурном кабинете, мои руки продолжают подрагивать, а пульс зашкаливать.
Я знаб что чертовски сильно пожалею о своих словах уже вечером. Как только увижу яркие герберы на своем столе на кухне. Что диван в зале мне вновь напомнит о вечере. Что стоя в душе я буду отчетливо видеть горячие картинки нашего там пребывания. И что Туманов единственный мужчина побывавший там… в моей компании.
Закусив губу иду в ординаторскую, раздрай какой-то у меня.
Ничего не радует. И поцелуй этот непонятный тоже. Слова…
На автомате заполняю документы в рабочем компьютере, радуясь что здесь опять пусто.
Он окружен женщинами, работа такая, я ее принимаю. Женщины урологи тоже среди мужчин весь день. Но на планерке, щебетание слащавой блондинки, выставляющей на обозрение свои буфера явно не об эрозии или климаксе. И его глаза нырящие в это самое декольте точно не про врачебное желание осмотреть сочные дыньки.
