Почему он не стреляет в меня? Его сердце стучится в мою ладонь, и в мое сердце закрадывается надежда. Он дивергент. Он может побороть эту симуляцию. Любую симуляцию.
– Тобиас, это я.
Я шагаю вперед и обнимаю его. Его тело неподвижно. Его сердце бьется быстрее. Я чувствую это щекой. Стук рядом с щекой. Стук пистолета, падающего на пол. Он хватает меня за плечи… слишком сильно, его пальцы впиваются в кожу в том месте, откуда извлекли пулю. Я кричу, когда он отстраняет меня. Возможно, он собирается убить меня каким-то более жестоким образом.
– Трис, – произносит он, вновь став собой. Наши губы встречаются.
Он обнимает и приподнимает меня, прижимает к себе, вцепившись мне в спину. Его лицо и затылок скользкие от пота, его тело дрожит, мое плечо горит от боли, но мне наплевать, наплевать, наплевать.
Он опускает меня на пол и смотрит на меня, гладит пальцами по лбу, бровям, щекам, губам.
Он издает что-то вроде всхлипа, вздоха и стона и снова целует меня. Его глаза блестят от слез.
Никогда не думала, что увижу Тобиаса плачущим. Это ранит меня.
Я прижимаюсь к его груди и рыдаю в рубашку. Возвращается пульсирующая боль в голове, боль в плече, и мое тело словно становится в два раза тяжелее. Я прислоняюсь к Тобиасу, и он поддерживает меня.
– Как тебе это удалось? – спрашиваю я.
– Не знаю, – отвечает он. – Просто услышал твой голос.
Через несколько секунд я вспоминаю, зачем пришла. Я отстраняюсь, вытираю щеки внутренними сторонами ладоней и снова поворачиваюсь к экранам.
На одном из них – питьевой фонтанчик. Тобиас так нервничал, когда я громила Лихость рядом с ним. Все время смотрел на стену над фонтанчиком. Теперь я знаю почему.
Мы с Тобиасом некоторое время стоим неподвижно, и я думаю, что знаю, о чем он думает, потому что я думаю о том же самом: как такая мелочь может управлять таким огромным количеством людей?
– И это я управлял симуляцией? – спрашивает он.
– Скорее, следил за ней, – отвечаю я. – Она уже завершена. Не представляю как, но Жанин заставила ее работать автономно.
Он качает головой.
– Это… невероятно. Ужасно, дурно… но невероятно.
Я замечаю движение на одном из экранов и вижу своего брата, Маркуса и Питера на первом этаже здания. Их окружают солдаты-лихачи, все в черном, вооруженные.
– Тобиас, – коротко бросаю я. – Пора!
Он бежит к экрану компьютера и несколько раз касается его пальцем. Я не могу подглядеть, что он делает. Все, что я вижу, – мой брат.
