Он дергается и поудобнее берется за ее ноги. На первый взгляд Ал кажется счастливым, но его улыбкам не хватает беспечности. Я беспокоюсь о нем.
Я вижу у пропасти Четыре, окруженного группой людей. Он смеется так сильно, что хватается за перила, чтобы не упасть. Судя по бутылке в его руке и раскрасневшемуся лицу, он пьян или вот-вот опьянеет. Я привыкла видеть Четыре суровым, наподобие солдата, и забыла, что ему всего восемнадцать.
– Ой-ой, – произносит Уилл. – Тревога: инструктор!
– По крайней мере, это не Эрик, – откликаюсь я.
– Еще заставил бы нас соревноваться, кто первым струсит.
– Конечно, но Четыре пугает. Помнишь, как он приставил пистолет к голове Питера? Я думал, Питер обмочится.
– Питер это заслужил, – твердо отвечаю я.
Уилл не возражает. Несколько недель назад он мог бы возразить, но теперь все мы видели, на что способен Питер.
– Трис! – окликает Четыре.
Мы с Уиллом обмениваемся взглядами – наполовину удивленно, наполовину с опаской. Четыре отлипает от перил и подходит ко мне. Ал и Кристина, идущие впереди, останавливаются, и Кристина соскальзывает на землю.
Ничего удивительного, что они пялятся. Нас четверо, но Четыре обращается только ко мне.
– Ты изменилась. – Его речь, обычно резкая, стала замедленной.
– Ты тоже. – Он действительно выглядит более расслабленным и юным. – Чем занимаешься?
– Флиртую со смертью, – хихикает он. – Пью рядом с пропастью. Наверное, не лучшая мысль.
– Наверное.
Не уверена, что Четыре в таком виде мне нравится. В нем есть что-то тревожащее.
– Не знал, что ты сделала татуировку.
– Он смотрит на мою ключицу.
Он прихлебывает из бутылки. Его дыхание сильно и едко пахнет. Как дыхание того бесфракционника."
"– Точно. Вороны. – Он оборачивается на друзей, которые продолжают развлекаться без него, в отличие от моих. – Я предложил бы тебе зависнуть с нами, но ты не должна видеть меня таким.
Очень хочется спросить, почему он предложил бы мне зависнуть с ним, но ответ, вероятно, как-то связан с бутылкой в его руке.
– Каким? – спрашиваю я.
– Пьяным?
– Да… то есть нет. – Его голос становится мягче. – Настоящим, наверное.
– Я притворюсь, что ничего не видела.
– Очень мило с твоей стороны.
Он наклоняется к моему уху и произносит:
– Хорошо выглядишь, Трис.
Его слова застают меня врасплох, и сердце подскакивает в груди. Напрасно, ведь, судя по тому, как блуждает его взгляд, он понятия не имеет, о чем говорит. Я смеюсь.
– Будь добр, держись подальше от пропасти, ладно?
– Конечно. – Он подмигивает мне.
