Матушка, как видишь, смогла устроить ужин в честь моего прибытия и пригласила множество моих поклонников.
Он глянул в сторону гостиной, откуда доносился шум.
– Это было так необходимо?
Офелия стиснула зубы. Она упомянула о поклонниках, поскольку обычно отец был в восторге, когда дочь окружали обожатели… впрочем, так было до помолвки с Дунканом Мактавишем. Кроме того, он всегда поощрял Мэри в ее увлечении балами и вечеринками: единственное, в чем супруги были абсолютно согласны.
– Необходимо? Нет. Но мама была счастлива сделать это для меня, а я рада за нее.
– Не смей говорить со мной подобным тоном!
Она едва сдержала смех. Ее тон ничуть не изменился. Мало того, сейчас она старалась говорить с ним мягче обычного. Но он, очевидно, ожидал сварливой отповеди, тем более что со времени злосчастной помолвки они непрерывно ссорились.
– Давай удалимся в мой кабинет. Я хотел бы поговорить с тобой, – бросил он.
– Нельзя ли подождать? У нас гости.
– Нельзя! – отрезал он, проходя мимо нее и направляясь к кабинету.
Офелия пожала плечами и последовала за ним. Она не даст ему потревожить вновь обретенный душевный покой. И ей удастся удержать в узде свою вспыльчивость. Не то что раньше. Но сейчас – самый подходящий момент проверить, так ли это.
Когда она вошла в кабинет, отец уже сидел за письменным столом. Офелия ненавидела эту комнату, где по большей части и случались их ссоры. И хотя ковры, шторы и обивка мебели в темно-коричневых и зеленых тонах отличались большим вкусом и вполне подходили для мужского кабинета, Офелия находила их угнетающими.
Когда-то давным-давно она любила приходить сюда, чтобы повидать отца…
Обычно она сидела напротив его стола, но сегодня подошла к окну, откуда открывался вид на угол улицы. Шторы еще не были задвинуты, хотя кто-то из слуг успел развести огонь в камине, чтобы прогнать сырость. Уличные фонари уже горели, и перед домом вытянулась очередь экипажей. Офелия удивилась, заметив легкий снежок, слегка припорошивший землю. Открывавшийся из окна пейзаж походил на театральную декорацию, и созерцание порхающих снежинок ослабило растущее в ней напряжение.
– Надеюсь, ты вернулась с предложением от Лока? – поинтересовался Шерман, зажигая одну из ламп на столе.
Офелия прикрыла глаза, прежде чем спросить:
– Ты именно на это надеялся?
– Надеялся? Нет. Ожидал? Да. Это единственное, что заставило бы меня переварить известие о повторно разорванной помолвке с Мактавишем, – повысил голос Шерман.
