– Он произнес это с такой готовностью, что Эви усомнилась в его искренности.
– Сомневаюсь, – прошептала она.
Он обхватил ее лицо ладонями и произнес, почти касаясь ее губ своими губами:
– Эви... я не могу придерживаться нашей договоренности. Жить рядом с тобой, видеть тебя каждый день и не обладать тобою... это свыше моих сил. – Ощутив дрожь, пробежавшую по ее телу, он склонил голову и прижался губами к ее шее. Все ее существо откликнулось на эту нежную ласку... и на осторожное прикосновение его пальцев, скользнувших по ее груди.
Услышав приглушенный стон, слетевший с ее уст, Себастьян приник к ее губам в жадном поцелуе. Эви сделала слабую попытку отвернуться.
– Нет, Себастьян.
Он выпрямился, прижавшись лицом к ее волосам. Должно быть, ситуация и его собственное поведение показались ему забавными, он издал тихий смешок.
– Придется тебе что-нибудь придумать, Эви, чтобы решить эту проблему. И побыстрее... иначе... – Он помедлил, прикусив зубами ее ухо. – Иначе я затрахаю тебя до безумия.
Ее глаза широко распахнулись.
– Если ты будешь употреблять подобные выражения... – Возмущенно начала она, но Себастьян заставил ее замолчать крепким поцелуем.
Отстранившись, он посмотрел на нее с шутливым отчаянием: – Тебя не устраивает только выражение или то, что оно подразумевает?
С облегчением видя, что к нему вернулся рассудок, Эви выскользнула из узкого пространства между его телом и стеной.
– Меня не устраивает тот факт, что ты хочешь меня только потому, что я недоступна, а когда пройдет новизна.
..
– Дело вовсе не в этом, – перебил ее Себастьян. Эви одарила его недоверчивым взглядом.
– Б-более того, я не собираюсь пополнять собой список женщин, которых ты будешь посещать по очереди.
Себастьян молчал, уставившись в пространство. Эви чуть не лопалась от нетерпения в ожидании, когда он признает, что она права. Наконец он посмотрел ей в глаза.
– Ладно, – сказал он. – Я согласен на твои условия. Я буду... моногамным. – Последнее слово явно далось ему с трудом, словно он попытался говорить на иностранном языке.
– Я не верю тебе.
– Ради Бога, Эви! Ты хоть представляешь себе, сколько женщин пыталось добиться от меня подобного обещания? А теперь, когда я впервые в жизни готов принести обет верности, ты швыряешь его мне в лицо. Признаюсь, я вел активную сексуальную жизнь...
– Беспорядочную, – поправила Эви.
Он недовольно фыркнул:
– Беспорядочную, распутную – называй как хочешь. Я неплохо повеселился, и будь я проклят, если стану сожалеть об этом.
