— Везла Уткина. Так?
— Вроде…
— Ну, в общем, сейчас напишем протокол, и свободен.
— А что писать?
— Писать мы будем. Ты только подпишешь.
— Ничего я подписывать не буду.
Иван сделал вид, как будто не расслышал слова Коляна.
— Вот, записываю: «Уткина вошла в подъезд… квартира восемь, и у цыган купила героин…» Или как-то по-другому надо? Если хочешь по-другому, на вот, почитай, что она нам про тебя рассказала! Если хочешь взять героин на себя, то так все и оставим… а это лет восемь, а для тебя, рецидивиста, может, и еще больше…
Иван положил на стол перед задержанным протокол допроса Уткиной.
Колян долго читал, а потом махнул рукой:
— Вот сука она! Ладно, пишите, как сказали. Я же ничего на самом деле не вез! Врет она про меня все. Себя выгородить хочет. А я на самом деле ничего не вез. Я чист. А можно водки?
— Пей, если найдешь еще где.
Колян взял чей-то недопитый стакан. Иван подвинул к нему нарезанную колбасу.
— Ну, сука! — с этими словами Колян выпил полстакана водки и быстро закусил.
Прожевав, сказал: — Пишите: взяла героин у цыганки по имени Эльза. Толстая такая. Морда у неё как у свиньи…
— Сколько заплатила?
— Не знаю, я не в курсе.
— Часто она гоняет за наркотой?
— Как закончится. Обычно раз в неделю. Иногда реже.
— Берет только героин?
— Нет. Иногда еще берет «ханку». Часто берет эфедрин.
Коляна отправили в камеру. Напоследок ему показали видеозапись беседы с ним и попросили никому не рассказывать об этом, а то кассета с записью может случайно оказаться у Макара.
А так как Колян все же был пацаном, по «понятиям» «правильным», такой контакт с ментами мог сильно отразиться на его будущем. Колян все прекрасно понял.
— Я — могила, — сказал он. — Но и вы будьте людьми.
— Смотри, в могилу не сыграй от передоза! А людьми мы будем. Будь уверен, за это мы тебя не посадим, — напутствовали его опера.
Коляна увели. Снова все участники собрались вместе. Чебоксаров сказал:
— Шеф говорит, что начальник ГОВД, пока у него сидел, дергался, как на иголках…
— Правильно, — усмехнулся Санин.
— Видимо прочухал, чем запахло…
— Ничего, — махнул Иван рукой. — Для него это полезно… пусть на нерве сидит. Сейчас глупостей наворотит…
— А мы со всех микрофонов пишем… — сказал Санин. — Где-нибудь, да скажет что-нибудь…
— Да ему уже и говорить ничего не надо, — сказал Иван и показал Санину признания Уткиной. — Оля за него все сказала…
— Нужна сильная доказательная база… — сказал Санин, перечитывая показания Уткиной.
