Поэтому я решила, что Питер сможет дать мне совет. Но не сейчас – потому что, выразив сочувствие своей злорадствующей родне, я снова уселась ждать новостей.
Стоило ликующим Ричмондам удалиться в столовую, где они собирались отпраздновать столь печальное событие, как ко мне подошла Молли. Коснулась моего плеча, и лицо у нее было растерянным.
– Что-то случилось? – спросила я обреченным голосом.
Произойти могло что угодно, но ничего хорошего я не ждала.
– Я больше ее не чувствую, – призналась Молли. – Она всегда жила в моей голове, а теперь ее там больше нет.
Пусто.
И постучала себя пальцем по лбу.
– Ты говоришь о Кураторе?
– Да, мисс Кэрри! Именно о ней.
– И что же это может означать?
Она понятия не имела. Вот и я тоже, хотя догадывалась.
– Возможно, Куратор погибла, – наконец, произнесла Молли. – Или же она решила уйти и больше не сидеть у меня в голове. Не могу знать, мисс Кэрри!
Вот и я не могла.
– Что же нам теперь делать? – спросила у меня Молли растерянно.
– Жить дальше, – отозвалась я.
– Ничего другого нам больше не остается.
Но сперва нужно было дождаться новостей.
И они появились – в дверь снова постучали, и я получила от промокшего посыльного такой же промокший конверт, отправителем которого был Мэтью Шеннон.
Правда, само письмо оказалось защищено магией и не пострадало.
«Как вы и просили, Кэрри, роковая дуэль не состоялась, – сообщал он. – Оба ее участника были арестованы в самый неподходящий для них момент. Я не смог отказать себе в небольшом удовольствии и сделал это лично, но ни вы, Кэрри, ни мои чувства к вам не имеют к этому никакого отношения.
У Ночных Охотников и Особого Отдела давно собрался довольно длинный список претензий друг к другу. Мы считаем их мясниками, а они, подозреваю, отзываются о нас как о свихнувшихся магах.
Виконт де Бражье мне же попросту неприятен как человек.
Как бы там ни было, этой ночью вы можете спать спокойно. Столь высоких гостей центрального отделения жандармерии Виенны посадили в отдельные камеры до выяснения всех обстоятельств, так что сцепиться они уже не смогут.
Впрочем, я подозреваю, что решетки удержат герцога Райота разве что до утра, так как его поверенные хорошо знают свое дело.
Виконта в моих силах задержать как минимум на неделю за бесчисленные и грубые правонарушения, и его адвокатам вряд ли удастся вытащить его раньше. Но через неделю де Бражье все же выйдет на свободу.
Деньги и связи сделают свое дело.
