– Что, если я их не найду? Пожалуй, тогда один из моих конкурентов устранит другого, а второго покарает правосудие, потому что дуэли в Аглоре запрещены. Кажется, в этом случае я останусь в двойном выигрыше.
– Мэтью, я вас умоляю! – я понимала, о чем он говорил, но не могла подобрать нужных слов, чтобы его переубедить. – Прошу вас, не позвольте одному убить другого! Да, я во всем виновата, но я не могу… Если вас не волнуют их жизни, прошу, остановите эту дуэль хотя бы ради меня!
Он молчал, размышляя, затем кивнул.
Сказал, что сделает все, что в его силах. И больше ничего не стал мне говорить, хотя мне казалось, что Мэтью Шеннон выдвинет условие.
Потребует от меня… чего-то немыслимого в уплату за свою услугу.
Вместо этого глава Особого Отдела заявил, чтобы я тотчас же отправлялась домой и не показывала наружу и носа, пока все не закончится.
– Что-то происходит с аномалией возле Виенны, – произнес он, повернув голову в сторону залива. Золотой ореол над его головой стал еще ярче. Светился так сильно, что я даже заморгала.
– Странным образом я это чувствую. Наверное, так долго ею занимался, что стал ощущать, будто бы мы с ней неделимо связаны.
Я ощущала нечто похожее. Разумом понимала, что у меня совсем другая история, не имеющая отношения к заргам, но при этом чувствовала…
Аномалия волновалась.
Что-то происходило внутри нее, и это отзывалось тревожными ощущениями в моей голове и разбегалось по телу непроизвольной дрожью.
– Кэрри, – произнес Мэтью, повернув голову в мою сторону, – я хочу, чтобы вы знали!.
. Я сделаю это исключительно ради вас, потому что вы мне глубоко небезразличны. Причем я понял это в первую же нашу встречу.
– Господин Шеннон! – взмолилась я. – Прошу вас!..
– Вы правы, леди Кэмпбелл! – кивнул он. – Сейчас не самое правильное время для подобных признаний. Пожалуй, я расскажу вам обо всем, но чуть позже.
После его слов в карете повисла напряженная тишина. Мне показалось, что Молли перестала дышать, забившись в свой угол.
Вот и мне захотелось сделать то же самое, потому что Мэтью Шеннон внезапно стал наклоняться…
Меня не оставляло ощущение, что он собирается меня поцеловать.
От подобной мысли внутренности сжались в тугой комок. Этот мужчина и его чувства пугали меня до ужаса.
– Не бойся, – резко отстранившись, произнес он, – я не сделаю тебе ничего плохого. И вот еще – я от всего смогу тебя защитить. От всего, Кэрри!
Но только не от самого себя, промелькнула в голове мысль.
