Даже до Истерброка они добрались, но я не рискнула спросить о здоровье их отца у Джорджи и Густава.
Была и другая версия – поговаривали, что здоровье тут ни при чем. Король Анджей так и не оправился после смерти любимой жены. Ее болезнь оказалась неизлечимой, и королева умерла чуть больше двух лет назад."
"Пусть траур был давно уже позади, но король до сих пор горевал из-за своей утраты.
Несмотря на печать страданий на лице – то ли душевных, то ли физических, – это не мешало ему управлять Аглором крепкой рукой.
Рядом с королем в глубоком кресле сидел старший брат Джорджи, кронпринц Конрад Дорсетт.
Он давно был помолвлен с принцессой Мари-Энн из Эльмарена, но скреплять политический союз браком не спешил. Впрочем, по тем же самым слухам – Джорджи тоже их подтвердила, – свадьба все-таки должна была состояться в конце этого лета или же в начале осени.
Ни единой эмоции не отражалось на строгом и красивом лице тридцатилетнего мужчины, когда он склонял голову в ответ на приветствия гостей.
Удивительно привлекателен, промелькнуло у меня в голове. Семейное сходство налицо, и у меня не оставалось сомнений в том, как будет выглядеть принц Густав лет так через десять.
Конрад Дорсетт мазнул по мне равнодушным взглядом, безразлично кивнул в ответ на мой реверанс, и на этом представление королю и его старшему сыну завершилось.
Мы пошли дальше, и я… вцепилась в руку Джорджи.
– Что такое, Кэрри? – встревожилась принцесса.
– Ричмонды, – негромко отозвалась я.
– Не хочу с ними встречаться.
Они тоже появились в Зале Торжеств, хотя Лорна давно не была дебютанткой, а приглашение на бал пришло на имя Кэмпбеллов.
На это принцесса заявила, что она немедленно покажет мне дамскую комнату, о которой она говорила ранее. Густаву с нами было не по пути, но мы договорились с ним встретиться после того, как состоится официальное открытие бала.
Когда мы с Джорджи вернулись, то сразу же отправились в огромный, украшенный белоснежными цветами и флагами Аглора Бальный Зал.
Он был переполнен, и мне даже показалось, что я очутилась на лугу – вокруг было бесконечное число девушек в разноцветных платьях.
– Сейчас начнется! – мрачным голосом возвестила Джорджи и не ошиблась.
Началось.
***
Я думала, что Джорджи имела в виду начало бала, но оказалось, что на «лугу» дебютанток появились первые «пчелы» мужского рода, и многие из них безошибочно полетели в сторону «цветка» королевской крови.
