— Она жива, — произнес детский голос. — Еле-еле.
— Что вы делаете? — Этот голос был более резким. Я поняла, что он принадлежит Несс.
— Разрешите, — послышался голос Глайды. — Должно получиться.
Интересно, о чем она?
Постепенно я все вспомнила. Боль каскадами прокатилась по моему телу — сказывались последствия ожога. До лица было больно дотронуться.
— Не дергайся, Перриш, — произнес кто-то твердо. — Уомбебе и Таг помогут тебе.
Я улыбнулась уголком рта. Там, где они касались меня, боль прекращалась. Везде, где до меня дотрагивались тонкие ручки Уомбебе, кожа как будто твердела, и боль стихала.
До чего же чудесно, до чего же замечательно жить без боли!
* * *Мне становилось все прохладнее, и, наконец, все прекратилось.
Я открыла глаза и моргнула.
— Какого?..
Жрецы и беспризорники склонились надо мной в свете полной луны. На их лицах читалось облегчение и что-то еще.
Неудачник ткнулся мне в бок. Его шерсть свалялась.
Ру стоял чуть поодаль, в тени. Его голова и руки как-то странно свесились.
— Какого черта вы все уставились на меня? — выдавила я."
"Несс протянула мне свой плащ. А я разглядывала собственное тело, как чужое. Моя рубашка сгорела, и я лежала обнаженной выше пояса. Штаны же почернели от огня. Даже сапоги покрылись пузырями.
Уомбебе взяла меня за руку, улыбнулась впервые за все время и сказала:
— Ты красивая.
Вот уж какой я никогда не была, так это красивой. Или теперь что-то изменилось?
Они наперебой стали рассказывать мне о случившемся, а Ру стоял на страже, по-прежнему не приближаясь к нам.
— Ему плохо, — пояснила Глайда. — Он слишком испугался паука.
Мои мысли накладывались одна на другую, словно листья, падавшие на одно место. Но теперь все становилось на свои места.
— Паука… Ты видела их раньше, Глайда?
— Не таких огромных, — ответила она после секундного раздумья. — Они приходят по ночам, когда все меняется.
Я невольно улыбнулась и спросила:
— А что случилось со мной?
— Ты могла умереть от ожогов, — откликнулась Несс.
— Но Уомбебе исцелила тебя. Правда, у тебя навсегда осталась отметина.
Мне это совсем не понравилось.
Услышав свое имя, Уомбебе подползла ко мне и прошептала:
— Красивая Перриш.
Я потрогала свое лицо. Кожа на ощупь напоминала чешую.
Глава шестнадцатая
— Ну, как я выгляжу?
— Перриш похожа на меня, — ответила Уомбебе, посасывая палец. Она стояла передо мной, опираясь на хвост.
К горлу подступила тошнота. Я поспешно сглотнула, чтобы отогнать ее.
