— Долгоречивый дает спокойствие, — ответил Таг.
Я затрепетала. Именно спокойствия мне и не хватало.
Караджи, конечно, представился последним.
— Билли Миора. Свою специальность назвать не могу.
Я окинула взглядом его немигающие глаза и рыхлое тело, раздумывая, не случайно ли он затесался в караджи.
Но, кем бы ни был этот Билли, мне вовсе не хотелось знать его секреты.
Настроение отряда заметно изменилось. Я почувствовала, как в моем собственном сердце зародились связи с этими людьми. Я сделала осознанный выбор, а вовсе не то, что навязали мне Кабал.
Раздражение понемногу утихло, но теперь появилось все нарастающее беспокойство.
Мы двинулись на северо-запад, руководствуясь знаниями Глайды и моим компасом. Кругом кипела странная жизнь. Покореженная стена, так удивившая меня прежде, теперь сверкала неоновыми огнями. Из трещин сочилась жидкость, напоминавшая плазму. Она кристаллизировалась и начинала сверкать.
— Ни к чему не прикасайтесь, особенно к этому, — сказала я жрецам.
По их лицам было видно, что повторять не надо.
— Нужно пошевеливаться. Скоро Королевский Прилив, — прошептал Стикс.
Я вопросительно посмотрела на Несс. Та кивнула.
— Прилив имеет огромное символическое значение, что очень беспокоит нас.
— Почему?
— На этот раз поднимется не только вода, но и земная кора. Природа отреагирует на безумства людей. Все вернется на место, когда Луна станет убывать. Говорят, что Прилив принесет живым организмам биологическое своеобразие.
— Они вырастут?
— И умрут.
Так вот чего боялись Кабал.
Их вторжение уже началось, но им хотелось вернуть своих караджи прежде, чем начнет размножаться «дикая технология».
— Откуда вам известно, что все это взаимосвязано? — спросила я. — Ведь море так далеко отсюда.
Несс пожала плечами. Стикс заплакал, и она обняла его, чтобы успокоить. Я хотела что-то сказать, но почувствовала, что между ними существует сильная духовная связь, и не стала им мешать.
— С этим можно справиться, — сказала Несс, гладя его по щеке.
Мне бы ее уверенность!
Долгоречивый приблизился к Стиксу и помог ему выровнять дыхание.
Вскоре парнишка успокоился.
А я внезапно поняла мир Даака. Поняла, как фанатичная вера может все время побеждать правду.
Может быть, только она и помогает выжить.
Через некоторое время мы остановились возле одной из стекловолоконных башен. Она светилась и пульсировала красным. Метрах в трех от основания на ней висело чье-то тело. Мы видели, как оно медленно движется вверх и вниз, и как башня впитывает его кровь.
