Поскольку обычно ему хватает учтивости дождаться, пока мои гости разъедутся, мне грех жаловаться. Другие его качества позволяют компенсировать такое поведение.
– Он напился? Мне показалось, он неравнодушен к бутылке.
– Боюсь, что так. Обычно запои продолжаются три дня. И я задавался вопросом, изменит ли страшная смерть одного из моих гостей привычный порядок вещей, но, судя по всему, нет. Полагаю, таким образом он освобождается от некой невыносимой душевной тоски. Остров не особенно ему нравится. Он почти патологически боится воды.
Даже плавать не умеет.
Эмброуз, Айво и Корделия подошли к буфету. Эмброуз поднял серебряную крышку, под которой скрывались тонкие полоски филе палтуса в кремовом соусе. Айво поинтересовался:
– Тогда почему он не уедет отсюда?
– Я никогда не спрашивал его, потому что боюсь, что он сам задастся этим вопросом. Из-за денег, наверное. К тому же ему нравится уединение, хотя ради этого он все равно предпочел бы сидеть не в двух милях от большой земли. Здесь ему нужно угождать только мне.
В целом это несложная работа.
– А теперь, когда Кларисса умерла, она стала еще легче. Я так понимаю, вы не собираетесь и дальше проводить фестивали драмы?
– Нет, мой дорогой Айво, даже в память о ней.
Похоже, они наконец поняли, что этот обмен любезностями отдает дурным вкусом, хотя сэр Джордж сидел слишком далеко, чтобы их услышать, и посмотрели на Корделию. Она немного злилась на Эмброуза и, накладывая стручковую фасоль, сказала, повинуясь минутному порыву:
– А вот я задавалась вопросом, не нашел ли он способ увеличить жалованье, потихоньку занимаясь контрабандой.
Дьявольский котел вполне мог бы подойти в качестве перевалочного пункта. Я заметила, что он тщательно смазывает дверной засов, а ведь ему едва ли понадобилось бы это делать, если вы не водите туда летних туристов. А в пятницу я видела вспышки света на море и подумала, что это могло быть сигналом.
Эмброуз рассмеялся, пока нес тарелку к столу, но когда заговорил, в его голосе явно послышались недоброжелательные нотки.
– А вы проницательны, Корделия! Работаете как профессионал. Гроган был бы рад записать вас в ряды официальных ищеек. Возможно, Мунтер и ведет какие-то личные дела, но мне он душу не изливает и я, разумеется, не собираюсь его допрашивать. Корси всегда был раем для контрабандистов, и многие моряки в этих краях занимаются мелкой контрабандой. Речь идет о небольших партиях – паре фляг бренди, флаконе-другом духов.
