В голове были только воспоминания.
— Привет, я Саша. — васильковый взгляд белозубая улыбка, загорелая рука, протянутая для приветствия.
Я прячу свою за спину, не спешу подавать её парню. заслужить должен. насмешливо прищуриваюсь и окидываю взглядом с головы до ног.
— Рада за тебя.
Поворачиваюсь спиной, чтобы уйти, но он хватает меня за косу.
— Не так быстро, красавица.
А вот это зря! За такое можно и схлопотать! Васька об этом знает и потому отступает от нас с парнем.
— Санёк…
Предупредить не успевает.
Я делаю шаг навстречу наглецу, глядя прямо в васильковые глаза, перехватываю косищу и улыбаюсь. Синеглазый расслабляется, радуясь маленькой победе. А зря. Резко бью жёсткой рукоятью нагайки по его наглой лапе. Парень охает от боли и неожиданности и отпускает косу. Морщится. Я наступаю на него. Распустив плеть, грозно щёлкаю ею, но он не сдвигается ни на миллиметр. В синих глазах шторм и молнии. И ни капли растерянности или недоумения.
— Ещё раз тронешь — без руки останешься. — Шиплю со злой улыбкой.
Парень дёргается вперёд обхватывает одной рукой талию, второй мой затылок, врезается в меня всем телом и целует.
Всё! Ему не жить!
— Приехали. Катяяя. — ворвался мамин голос в воспоминания. — Автобус твой уже стоит.
В спешке перегрузила тяжёлую сумку в багажник автобуса, поцеловала мою сладкую девочку, обняла напоследок, пожамкала хрупкое тельце и чуть не плача пошла к открытым дверям."
"— Всё будет хорошо, Катюш, не волнуйся. — мама подняла на руки Машульку и засеменила рядом со мной до посадки.
— И присмотрю, и позабочусь, и откормлю Машу.
— Откармливать не надо, мам. — выдавливая из себя улыбку, обняла их обеих. — Не скучай, малышка. Я буду звонить вам каждый день. Люблю тебя.
— И я. — потянулась дочка, обняла за шею и вдавилась носиком в мою щёку.
Смотрела в окно, на распластанные до самого горизонта поля, крутые балки, пересекающие их зигзагами молний, на синее, безоблачное небо и не замечала текущих по щекам слёз. На душе лежал камень. Не давал вздохнуть в полную грудь.
И этот гнёт был не только от расставания с дочкой. Саша! Столько воспоминаний всколыхнулось при виде неизвестного мужчины, приехавшего к соседке. Столько боли, обиды, которые затмили все счастливых мгновений.
За что он так со мной? За дерзкий, своенравный характер? За то, что братья вломили ему прямо там, на месте? Так сам виноват, зачем полез целоваться? У нас такие шутки не проходят, могут и нагайкой отхлестать, и бока намять.
