Почему-то мне сдается, что вы должны знать, где находится настоящий камушек.
– Вот это правильно, – одобрил до того молчавший Эльстон и улыбнулся в усы."
"В следующее мгновение он отлетел к стене, а Видок что было сил рванулся к окну. Но его схватили прежде, чем он успел выброситься наружу.
– Держите его крепче, – приказал Огюстен спокойным голосом. – Довольно эта сволочь ходила по земле, пера его прикончить!
Он сделал шаг по направлению к Видоку, который, несмотря на то что его держало не меньше десятка цепких рук, все еще пытался сопротивляться, но тут где-то поблизости раздалась заливистая трель полицейского свистка.
Эльстон, утиравший кровь, которая лилась из рассеченной губы, недоверчиво повернул голову.
– Облава! – ахнул кто-то. Вслед за тем стало слышно, как ломают внизу входные двери.
– Бежим! – выкрикнул один из тех, кто держал Видока, и разжал руки. – За мной, ребята!
Бандиты бросились к лестнице, но Огюстен, однако, не торопился последовать за ними. Видок, шатаясь, стоял посреди комнаты. Ему крепко досталось после того, как он попытался выпрыгнуть в окно, и он тряс большой растрепанной головой, чтобы прийти в себя.
Огюстен недобро усмехнулся и покрепче сжал в ладони нож.
– Берегитесь! – крикнул Алексей и, бросившись к Видоку, смел его с ног. Нож просвистел в воздухе и вонзился в плечо молодому человеку.
– А, черт! – вырвалось у Огюстена. Эльстон схватил его за руку.
– Ты сошел с ума, Огюстен! Бежим! Через минуту тут будет полно фараонов!
– Ладно, – бросил Огюстен и двинулся за ним следом, но не удержался и напоследок все-таки бросил Видоку: – Мы еще увидимся, папаша!
– На твоих похоронах, – отозвался Видок, поднимаясь с пола.
Каверин, стиснув зубы, вырвал нож из раны. Кровь хлынула струей, молодой человек не удержался на ногах и едва не упал, но Видок подхватил его.
– Тихо, тихо. Сядьте-ка сюда. Вот так. Очень больно?
– Нет, пустяки, – отозвался Алексей. На самом деле у него начала кружиться голова, что было не самым лучшим признаком, но он предпочел промолчать об этом.
– Хорошо, что вы предупредили полицейских, иначе бы нам пришлось плохо.
Видок, который отрывал кусок ткани от своего плаща, удивленно выпрямился.
– Предупредил? Я?
Снизу доносился топот ног и голос полицейского офицера, отдающего приказания. Очевидно, дверь уже сломали.
– Ну да, – промолвил Алексей в недоумении.
Видок покачал головой и ловко перетянул ему рану.
– Я им ни о чем не говорил, – ответил он, – и вас прошу о том же. О наших поисках – молчок.
