— Прости, — она смущенно отпускает взгляд. — Ты предоставил мне убежище, я должна благодарить тебя, а не жаловаться на свои проблемы.
— Ты не нуждаешься в убежище, Джина, — твёрдым тоном проясняю непреложную истину. — Анмар — твой дом. Здесь нет для тебя никакой угрозы.
— Кроме отца, — возражает, упрямо поджав губы.
— Он тоже не угроза, — утверждаю обратное.
— Я уверена, что мое имя в первых рядах на депортацию появилось не без участия папочки, — безапелляционно заявляет Вирджиния.
Я не спешу с ответом, позволяя девушке обдумать возникшую мысль.
У Джины есть основания для подобных сомнений, и у меня они тоже есть. Мы какое-то время, молча, курим в саду в обвитой плющом беседке, одной из редких слепых зон резиденции, не попадающих под пристальное око камер видеонаблюдения.
Я не договаривался с Джиной о встрече, пришёл сюда, чтобы сделать пару важных звонков. Она нашла меня сама. Женщины порой, как кошки, умеют незаметно просочиться в любую щель, появиться внезапно, когда их совсем не ждёшь.
— Думаешь, что Искандер продолжает сотрудничать с американской разведкой? — интересуюсь я, прищурив глаза.
— Не могу гарантированно утверждать, но и не отрицаю подобную вероятность. После выпуска из университета, отец пытался вернуть меня в Анмар самыми разными путями, но дипломатическая неприкосновенность не позволяла ему это сделать, и, о чудо, как только в стране запахло жареным и начался разбор полетов, я попадаю под раздачу первая. Совпадение? Вряд ли! — Джина с негодованием вскидывает руки. Нервная жестикуляция выдает чрезмерное внутреннее напряжение девушки.
— Ты понимаешь, какие обвинения выдвигаешь против собственного отца? — уточняю сдержанным тоном.
— Я ничего не выдвигаю, Ран, — качнув головой, вздыхает Вирджиния. — Но тебе стоит быть осторожнее и усилить за ним наблюдение. Мы оба знаем, на что он способен.
— Спасибо за заботу, Вирджиния, но я должен предупредить, что мое гостеприимство закончится ровно в тот момент, когда твой отец приедет сюда и потребует вернуть свою дочь. У тебя нет оснований находиться на территории моей резиденции в качестве гостьи дольше, чем одобрит Искандер аль-Мактум, — ставлю Джину в известность в отношении своих планов на её счет.
Разумеется, она ожидала совершенного иного ответа.
— Ты выдашь меня ему? — изумление в её глазах не вызывает должного эффекта. По сути, я прав, и Вирджинии не угрожает опасность в резиденции отца, а вот здесь она абсолютно лишняя, и остается только по причине моего хорошего отношения к ней.
