– Бабло пилится, вопросы решаются. Большая политика, как у всех. Демократия по-европейски.
«По-украински», – мысленно поправил Разин, а вслух произнес:
– Рад, что у нас возникло взаимопонимание, Андрей. Когда ждать звонка?
– А никогда, – неожиданно заявил сын Мищенко. – Решил я тебя кинуть, москаль. Ты ведь москаль, я угадал?"
"– Угадал, – согласился Филин. – Я из России, прямиком из Москвы.
– Привет Москве.
Издевательски пошевелив пальцами вскинутой руки, Андрей повернулся на каблуках и пошел прочь.
– На пятом шаге из тебя мозги вышибут, – негромко сказал Разин.
– Видишь «Пежо» справа? Второй стрелок на крыше соседнего дома. Так что иди, парень, иди. Можешь даже своих бугаев кликнуть. Нам, москалям, на вас пуль не жалко.
Блеф сработал. Когда молодой Мищенко обернулся, его лицо было таким белым, что казалось напудренным, как у Пьеро.
– Я пошутил, – сказал он, остановившись.
– Я тоже, – улыбнулся Разин. – Так когда ждать звонка?
– Не раньше девяти часов утра.
– А не позже?
– Не позже одиннадцати, – выдавил из себя Андрей.
– Договорились, – улыбнулся Разин еще шире. – Теперь иди и ничего не бойся. Правда, если папа твой заартачится, то денежки придется вернуть.
– Ко мне министр внутренних дел в кумовья набивается, – процедил Андрей, в котором взыграло непомерное, как у польских шляхтичей, самолюбие. – А шеф Службы безопасности Украины мой хороший знакомый.
– Папин знакомый, – поправил Филин безмятежно. – А папа твой уже не первое лицо государства, а неизвестно какое по счету.
И шеф СБУ сменился. И шеф МВД. И ты, Андрюша, должен прожить свою жизнь так, чтобы не было мучительно больно. Как классик сказал. Любишь классическую литературу, Андрюша?
– Пошла она в… – Сын президента назвал место. – И ты тоже.
– Это значит, что сделка отменяется?
– Это значит, что я ненавижу москалей, – сказал Андрей. – Но звонка все равно жди. Москаль, который платит, не самый поганый москаль.
Сделав такое философское умозаключение, сын экс-президента Украины повернулся к Разину спиной.
Походка у него была нетвердая, но уверенная, голову он нес высоко поднятой, плечи держал широко расправленными. Чувство собственного достоинства у парня, несомненно, имелось. Про какие-либо иные достоинства говорить не приходилось. При близком общении с Андреем Мищенко полковник Разин их попросту не увидел. Ни одного.
2
Прочитав в какой-то газете, что он-де выброшен на свалку истории, Виктор Андреевич Мищенко приуныл. Не то чтобы он согласился с автором статьи.
