Соседям – да.
Но добрым ли?
Обретя утраченное самообладание, Корчиньский ухмыльнулся, отчего его маленький нос приобрел сходство с хищно очерченным клювом.
2
По долгу службы президенту полагается знать так много, что даже удивительно, как все эти второстепенные, а порой и вовсе бесполезные сведения умещаются в одной голове. Тем не менее в голове Астафьева умещались все необходимые президенту сведения.
Например, когда подали машину, Астафьев, знающий точное расстояние от гаража особого назначения до порога своего дома, строго отчитал водителя за шестнадцатисекундное опоздание.
Водитель, работавший в Федеральной службе охраны России, побледнел, как первоклассник, застигнутый с дымящейся сигаретой в руках. По инструкции ему полагалось не только сидеть за баранкой, а также выполнять функции телохранителя, но в эту минуту он позабыл все, чему его учили, лепеча всякие дурацкие оправдания.
– Я сделал вам замечание не для того, чтобы выслушивать всю эту чепуху про отвинтившийся штандарт на капоте, – сухо произнес Астафьев.
– Следовало проверить, надежно ли укреплен президентский штандарт, еще накануне. А если у вас нет времени или желания заниматься этим, то поищите себе какое-нибудь другое занятие.
– Больше не повторится, – клятвенно заверил несчастный водитель.
– Разумеется, не повторится. Потому что с завтрашнего дня за рулем моего автомобиля будет сидеть другой человек.
– Анатолий Дмитриевич! Я…
– Поехали, – распорядился Астафьев, со всеми удобствами располагаясь в просторном салоне новехонького «Мерседеса-600 Пульман».
– И мой вам совет, молодой человек, умейте признавать свои ошибки. Только так вы научитесь их не совершать.
Причина астафьевского раздражения крылась не столько в факте небольшой задержки, сколько в оправданиях проштрафившегося водителя. Бедняга понятия не имел, что у нынешнего президента и его предшественника были абсолютно одинаковые служебные автомобили. Одно лишь наличие президентского штандарта отличало «Мерседес» Астафьева от «Мерседеса» Силина.
И, услышав, что водитель, оказывается, уделяет недостаточное внимание этому атрибуту власти, Анатолий Дмитриевич решил от него избавиться. Не от флажка на капоте. От нерадивого водителя.
Тот, все еще надеясь на прощение, включил зажигание и нажал на газ. Плавно, словно лодка по зеркальной воде, «Мерседес» поплыл по дороге. Был он на девяносто восемь сантиметров длиннее иных автомобилей аналогичного класса, да и чуточку выше.
