– Это не Журакова Ираида, у этой другая фамилия. Журакова, вы говорите, в 24-й квартире проживает, а эта из 16-й, мы установили. Она снимала в этом доме комнату в трехкомнатной квартире на пятом этаже, а 24-я квартира на восьмом. Жильцов никого из дома не выпускали с самого утра, так что там ваша свидетельница должна быть.
Они медленно поднимались по лестнице. Навстречу спускались двое экспертов и следователь прокуратуры.
– Коробку приготовьте! Быстро! – крикнул один из экспертов. – А то в таком виде ЭТО выносить нельзя.
В его руках был пластиковый пакет. А в нем…
– Черт… вот черт… что тут было?! – не выдержал Должиков – молодой, только что из отпуска старший лейтенант.
В пакете была женская голова. Отчлененная, оторванная, со спутанными светлыми волосами, крашеными когда-то краской «блонд» – когда-то… давно…
Голова в пластике проплыла мимо… Черты мертвого лица…
– Я видела потерпевшую. Это ее сумка, ее платье, это она, я ее узнала. – Катя НЕ УЗНАЛА своего голоса. – Я все вам расскажу. Только сначала мы должны встретиться с Жураковой.
Как же это… кто мог с ней вот так… как ее убили?
– Видимо, сначала ее ударили сзади, оглушили. Потом… я, честно, такого никогда раньше не видел, что-то новенькое, – коллега из МУРа скривился, – в лифте привязали веревку, продели одним концом сквозь дырки-воздуховоды в кабине, затянули накрепко, а второй конец обмотали вокруг ее шеи. Когда кабину вызвали наверх, веревка потащила ее за собой. Насколько хватило и дальше. Механизм лифта мощный. Ей голову оторвало. Она по документам Вахина Лолита, двадцати двух лет, мы паспорт в ее сумке нашли.
И карточку-пропуск, она в клубе «Мехико» работала. На восьмой этаж придется пешком подняться. Я при беседе с вашей свидетельницей поприсутствую, не возражаете?
Почти на всех верхних этажах были приоткрыты двери, соседи собирались группками, молча провожали взглядами, перешептывались, поверяя друг другу ужасные подробности ночного происшествия в подъезде.
Свидетельницу Журакову они встретили на площадке восьмого этажа жарко обсуждающей с соседкой – при распахнутой двери, в тапочках на босу ногу.
Журакова обернулась и…
Шелковый халат-кимоно…
Пухлые щеки…
Обесцвеченные волосы зачесаны кверху и наспех кое-как прихвачены заколкой со стразами…
Катя поняла, что она знает и эту женщину. Видела ее совсем недавно. Где?
– Ираида Викторовна, мы к вам из милиции, – старший лейтенант Должиков сунул ей под нос удостоверение. – Вы знакомы с Вероникой Лукьяновой?
– Да, она моя приятельница.
