Тем более что Филипп кружил ее стремительнее, чем обычно."
"– Я полагала, что именно этого вы ждете от меня – что я не должна… – И она почувствовала с досадой, как щеки ей заливает румянец. Филипп увидел признаки ее замешательства и сам ощутил нечто подобное.
– Что вы не должны смотреть на меня?
Антония бросила на него сердитый взгляд и посмотрела поверх его правого плеча.
– Что я не должна навязывать вам свое внимание. Насколько я понимаю, такое поведение воспринимают как неумение держать себя в руках. Я просто не хотела стеснять вас.
– Она, помолчав, добавила: – Вы сами ведете себя безупречно – я просто следую вашему примеру.
Филипп мрачно взглянул на нее:
– Ну… да. – Он помедлил, подбирая слова. Потом решительно сжал губы. – И все-таки полагаю, есть множество вариантов поведения между тем, чтобы виснуть у меня на руке и смотреть на меня телячьими глазами, и тем, чтобы вообще не замечать моего присутствия.
Антония поймала его раздраженный взгляд.
– Вы отлично знаете, что я всегда помню о вашем присутствии.
Глядя ей в глаза, Филипп почувствовал, как темное вязкое облако, в котором он, словно слепой котенок, барахтался весь вечер, вдруг рассеялось. Он криво усмехнулся:
– Я оценил бы парочку улыбок и долгих взглядов.
Антония мгновение смотрела ему в глаза, затем улыбнулась:
– Если вы так этого хотите, милорд.
Филипп крепче взял ее за талию, перед чем сделать новый поворот.
– Да, я этого хочу.
Дня два спустя Филипп неспешно прогуливался по широким лужайкам парка и вдруг увидел знакомое ландо.
Лениво двинувшись ему навстречу, он обнаружил Генриетту, которая оживленно обсуждала что-то с двумя другими гранд-дамами.
– Ах, Рутвен! Ты как раз вовремя, – просияла Генриетта при виде его. – Я как раз говорила графине, что нам очень нужен некий надежный джентльмен, способный приглядеть за нашей маленькой компанией.
– В самом деле? – Подняв брови, Филипп позволил себе тоном передать свою крайнюю неприязнь к высказанному предложению.
– Но, кажется, вы еще не знакомы: графиня Тайсхерст.
– Не смущаясь из-за собственной забывчивости, Генриетта кивнула на одну из дам. – Ну и, конечно, вдовствующая маркиза Хаммерсли.
С модным отрешенным видом Филипп грациозно поклонился. Украдкой взглянул на дам, внутренне признавая, что и графиня, с ее острыми чертами лица и мелко завитыми рыжими кудряшками, и вдовствующая маркиза, дородная и осанистая обладательница трех подбородков, абсолютно соответствуют тем описаниям, которые он слышал.
