— Я попрошу Деклана и Монте взломать записи и найти всех полицейских, у которых есть семьи. — Она улыбнулась, но этого было недостаточно. Я хотел, чтобы город и штат кричали в агонии.
— Не только полиции, — добавил я, когда мы направились обратно в лагерь. — Я хочу знать имена всех судей, политиков и бизнесменов, которые не поддерживают нашу семью. Если он встанет перед нами, мы проделаем дыру в нем и в каждом человеке, который когда-либо знал его.
Там будет кровь, много крови.
МЕЛОДИ
— Жители Чикаго, я пришел к вам сейчас, потому что знаю, что вы боитесь.
Я из Чикаго. Я знаю этот город как свои пять пальцев и знаю, что мы можем вернуться к тем славным дням. Вот почему полиция Чикаго работает сверхурочно, чтобы сделать наши города безопасными. Если вы что-нибудь увидите, мы защитим вас, если вы выйдете вперед. Пришло время нам отвоевать наш город у тех, кто считает, что мы сдались. От тех, кто думает, что мы просто позволим им сохранить…
— Его голос заставляет меня хотеть застрелиться.
— Я застонала, заглушая компьютер перед нами. — Может быть, нам следует убить его сейчас. Разве у нас нет снайперов в этом районе?
Лиам выпил мое вино и тоже расслабился.
— Мы с тобой оба знаем, что это была бы плохая идея. Завтра начинается царство террора, просто потерпи еще двенадцать часов.
Вздохнув, я посмотрела на экран компьютера, где этот идиот все еще продолжал говорить.
— Он действительно верит, что кто-то будет высказывать свое мнение?
— Они должны быть реальными идиотами, — сказал Лиам.
Однако Федель встал и положил перед нами еще одну папку.
— Что это такое? — спросила я, но в тот момент, когда я открыла ее, на моем лице появилась улыбка, когда я протянула ее Лиаму, ожидая увидеть, как он отреагирует.
— Господи Иисусе, ты делала это в церкви? — Он засмеялся, поднимая больничную фотографию Наташи. Я должна была просто убить ее.
— Мне сказали, что ты видел ее за завтраком, — заявила я, и он посмотрел на меня широко раскрытыми глазами, прежде чем повернуться к Феделю.
Его челюсть сжалась, когда он бросил фотографию обратно на стол.
— Ты следила за мной? — Лиам зашипел.
— В то утро, когда ты вел себя как осел, — я сделала паузу и, взяв бренди, добавила: — В то утро, когда ты вел себя как гигантский осел, я велела следить за тобой и твоей бывшей девушкой…
— Она сука, которую я трахал в прошлом, а не моя бывшая девушка, — огрызнулся он.
Наклонившись, я убедилась, что он может видеть мои глаза.
