Одежды на Соне не было, а объятия были слишком крепкие. Ее рука скользнула по моему животу, губы прижались к шее.
– Соня…
– Марк, пожалуйста. Мне это нужно.
Она откинула одеяло, каждый следующий поцелуй оказывался ниже предыдущего. И я поверил, что ей это нужно, но не задумался о том, для чего. Тогда у меня не хватило мозгов остановиться, но сейчас…
Убираю руки Сони и молча продолжаю подниматься по лестнице. Я не стану повторять ошибок, она должна сама себе помочь. Тебя не может вылечить то, что убивает.
– Думаешь, нужен ей? – злобно цедит Соня.
– Да она поиграет с тобой и выкинет.
Сохраняя молчание, добираюсь до коридора второго этажа, но Соня все не отстает.
– Ты не нужен ей, Марк. Она относится к тебе, как к заводной игрушке. Ты ее даже не возбуждаешь.
Заявление ударяет, точно хлыстом по спине, и Соня этого не упускает, потому что теперь ее голос похож на шипение сытой змеи:
– Знаешь, что она сказала мне после вашего секса в студии? Без любви не считается.
Огонек вспыхивает в груди. Вот, значит, как? Не считается у нее? Похоже на Ди, но этот счетчик я подправлю уже совсем скоро.
– Она ничего к тебе не чувствует, Марк. Ты для нее пустое…
Резко разворачиваюсь, и Соня вздрагивает. Наклоняюсь к ее лицу и улыбаюсь:
– Даже если так, то… я переживу. И мне не нужна ничья сопливая поддержка. И ты мне не нужна.
Соня опускает подбородок и устрашающе сверлит меня взглядом. Вижу в нем жуткое обещание, но не собираюсь вестись на провокацию. Ухожу, больше не оглядываясь и не останавливаясь, и отпираю дверь спальни.
Свет погашен, шторы раскрыты. По полу гуляет ветер, а в центре постели заметен внушительный кокон из одеяла. Никакого погрома, даже шкаф не вывернут. Стоит сказать, я приятно удивлен."
"Подхожу ближе, Диана лежит на боку, поджав ноги. Губы расслаблены, глаза закрыты. Даже немного жаль прерывать ее спокойный сон, но я ведь с благими намерениями. Хочу открыть новый счет, забыв о старом. Это была всего лишь разминка. Оставляю телефон и наушники и, прихватив шорты, направляюсь в ванную комнату.
Дверца шкафчика открыта, кольца, разумеется, нет, а на краю раковины висят мои белые боксеры. И где она их только откопала?
Наскоро принимаю душ, но прохладная вода едва ли остужает мысли. Мокрое полотенце отправляется на сушилку, и я еще раз смотрю на боксеры. Коротко хмыкаю и натягиваю шорты. Никакой капитуляции не будет. Или мирный договор, скрепленный оргазмом, или ничего. Возвращаюсь в спальню и сажусь на край кровати. Подключаю наушники к телефону.
