Клянусь, до определённого возраста я был точно уверен в том, что мы с ним не родня по крови, и даже предлагал матери провести экспертизу, но не для того, чтобы кого-то этим разоблачить или ткнуть, а чисто для себя. Убедиться, выдохнуть. Возможно, смириться и остыть.
Порой необоснованные претензии и требования вызывали сначала ступор, а затем и протест. С годами понял одну ужасающую вещь: мы просто дохуя одинаковые. Если схватываемся, то до победного бодаясь, конкурируя и ломая друг друга. Испытывая при этом почти мазохистское удовольствие.
На данный момент осознаю ещё одно сходство — у нас даже вкусы, сука, будто близнецы.
Я трахаю точную копию Ксении Гайдуковой, но только в два раза младше. Такую же красивую, необыкновенную и манкую. Моментами продажную нежную дрянь.
— К-хм. Скоро у нас ужин?
Отец находит опору плечом и посматривает на наручные часы.
— Минут через десять, Олеж, — отвечает мама. — А что? Неужели опять куда-то уезжаешь?
Тон беспечный и шутливый, а мне нихера не весело.
Принципы бьют мордой об асфальт, в очередной раз напоминая, какой я ублюдок.
Интересно, если бы я тогда сказал правду?.. Что было бы? Слёзы? Скандалы? Развод? Сделало бы это мать счастливой или наоборот?
В том, что у них нет никаких договорённостей на тему верности — я знаю наверняка. Видел другие семьи, наблюдал за реакциями матери, когда вдруг отец задерживался на работе или резко уезжал в командировки.
— Нет, я дома. Просто голоден, как собака.
Суета на кухне становится в два раза быстрее, чтобы угодить хозяину дома.
Что в общем-то абсолютно незаслуженно, но отчего-то в радость женскому полу Авдеевых.
— Тогда освободите, пожалуйста, территорию, мужчины. И не отвлекайте нас от готовки.
Предложение отвратное, но я резко отталкиваюсь ладонями от столешницы и направляюсь в гостиную, следуя за отцом.
Изменились ли наши отношения, когда я узнал правду об изменах? Да, сильно.
Отец стал терпимее и щедрее. Готов был заплатить все деньги мира только для того, чтобы я держал язык за зубами, будто это хоть как-то исправит косяк.
И ладно бы он оборвал все связи, но я знаю, что нет. До сих пор. Уже несколько лет продолжаются поездки, вранье и траты на оплату услуг шлюхи.
В какой-то степени полученный компромат здорово развязал мне руки, но проблема в том, что продаваться было противно и противоестественно."
"Мне не нужны отмазки и подачки. Хотелось бы, чтобы матери не было больно.
