А почему сын не при нём, как Авенир при Афанасии Александровиче, а где-то в Сибирске?
Пока я раздумывала, Афанасий Александрович изложил мою ситуацию — что я прибыла год назад из Сибирска по направлению губернатора и с рекомендательным письмом от служащего в аппарате губернатора мага-некроманта, в течение года прилежно изучала как теоретические дисциплины, так и их практические приложения, и готова показать всё то, что освоила за это время. Претендую на диплом о неполном прохождении курса. Всё так, претендую. И готова показать.
Дальше мне просто задавали вопросы. По очереди — и это были не те преподаватели, что занимались со мной, или они преподавали что-то другое. Например, о частностях приложения сил некроманта расспрашивал профессор Валентинов, которому я два дня назад сдала анатомию на «отлично». Об особенностях уничтожения древней нежити спросил профессор Липов, он в этом году ведёт практику у первокурсников. И ещё, ещё, ещё… Приглашённые гости не спрашивали ни о чём, но слушали внимательно.
Когда вопросы иссякли, Афанасий Александрович пригласил всех подниматься и следовать в больницу — первая часть практики пройдёт там.
Мне приготовили тело — женщина, молодая. И сказали написать заключение, но потом всё равно рассказать, что я узнала. Ну да, а вдруг я писать не умею, хмыкнула про себя и приступила.
В целом, было понятно — умерла от кровоизлияния во время родов, денег на врача или тем более на целителя скорее всего не было, спасти не смогли. Для подтверждения нужно было допросить — я это сделала и услышала ровно то же самое, что предположила перед тем.
И ещё — беспокойство о том, кто же за остальными-то детьми теперь присмотрит, на мужа надежды нет, он на заводе с раннего утра до поздней ночи, а свекровка никогда её не любила и на детей тоже косо смотрит. Я уточнила — сколько детей — оказалось, четверо. Да, печаль. Что ни история, то печаль. Но сейчас мне было не до печалей, и я вернула её в положенное состояние. Вымыла руки, за столом написала заключение и отдала его Афанасию Александровичу.
Дальше меня ожидала точка где-то. Одеться, собраться, варежки, рюкзак. Готова."
"Шагнула за Пуговкиным — куда-то. На погост. Незнакомый. Защита, вдох, выдох, осмотреться. О, идут, родимые. И это не просто призраки, это… Это пятеро бугаев, самого разбойничьего вида, переговариваются даже — мол, баба, бабу-то мы сейчас и прижмём, прямо вот к этому кресту, будет знать, как ночью по погосту шарахаться.
Ну я как бы и так предполагала, что место то ещё.
