И даже подсчитала остатки стипендии — чтоб не совсем с чистой шеей ехать.
В общем, я запаковала блузки, юбки, платья и свою одежду для практики, сняла со счёта денег и сказала, что готова. Но был ещё такой момент, как иностранные языки.
Это дома я худо-бедно могла объясниться на английском и читала на французском со словарём. Здесь — ничегошеньки подобного. Так честно и объяснила. Авенир отправил с этим вопросом к своему отцу, а тот черкнул записочку на ментальный факультет. У них, мол, совместно с целителями есть методика скоростного обучения языкам.
Я пошла, и провела там дважды по полдня — ложилась на кушетку и натурально спала, а мне в это время магическим образом помещали в голову знания о грамматике и словарный запас. Что же, у них получилось. Больше всего я, правда, радовалась тому, что теперь могу читать книги, в библиотеке Пуговкиных я видела таких довольно много. И теперь я точно была готова.
Мы в самом деле отправились вдвоём, и отправились тенями — он знал, куда нам нужно, и к кому, и за три шага, с двумя промежутками, мы выбрались на те самые Полуночные острова, которые на здешней карте занимали место Британской империи.
Империя была, куда деваться, колонии по всему миру, как и положено, мощный флот. Но мы сначала отправились даже и не в столицу, а в некий провинциальный замок, коим владело некроманское семейство. Замок назывался Торнхилл, его владелец, лорд Джон, выглядел величественным мужчиной в годах, а двое его сыновей, как оказалось, были знакомы с Авениром Афанасьевичем.
Старший, тоже Джон, уже был женат на магичке-воздушнице, следом за ним шли две дочери, обе замужние, и не некроманты — в этом семействе рождались напополам некроманты и другие маги. И младший, Джеймс — ровесник Авенира Афанасьевича.
Меня приняли за близкую Пуговкину особу, я не сказала ни да, ни нет, только подтвердила, что студентка. И что вообще у меня практика. В ответ на меня вывалили целую кучу сведений и местных легенд о нежити, и предложили прогуляться тут недалеко.
Конечно же, я согласилась."
"Гулять отправились втроём на следующий после нашего прибытия поздний вечер — Джеймс и мы двое, и конечно же тенями в какое-то неизвестное место. Вышли наружу, и я увидела местный погост — кладбище, слегка заброшенное. Кресты, склепы, травка растёт, луна светит. Как-то даже будто и не на практике, а в музее каком.
Мы обошли всё кладбище, и Джеймс рассказывал о том, кто и как сюда попал.
