Но другой не предлагают, так ведь? Значит, собираемся и идём смотреть, и не забываем тепло одеться.
Когда мы собрались перед аудиторией для практических занятий — хорошо заклятой, как мне объяснила Марьяна — Авенир Афанасьевич появился из теней и пригласил нас заходить.
— А Афанасий Саныч сказал, что практики не будет, — тут же заявил Коля Малинин.
Николай, простите, Иваныч.
— Вот так прямо и сказал, что не будет, и всё? — усмехнулся Пуговкин-младший.
— Ну… сказал, практика в поле, — Коля смутился.
— Вот именно, практика в поле.
Извольте послушать, — Авенир Афанасьевич внимательно оглядел нас всех.
Шепотки и прочие посторонние звуки затихли.
— Сегодня мы отправляемся в поле и будем пробовать то, чем чаще всего занимаются в жизни и на службе некроманты, то есть — уничтожать нежить. Я, как ваш преподаватель практики, считаю следующее, и Аркадий Петрович со мной согласен: сегодня атаковать нежить будут Толоконников, Томашевский, Ряхин и Сударев.
Названные приободрились. Все, кроме Мити Ряхина, тот лишь плечами пожал.
— Все остальные наблюдают из-под защитного купола, и не высовывают даже кончика носа за его пределы. Ясно? — он ещё раз оглядел нас всех, дождался кивка от каждого.
И… мне показалось, или он мне подмигнул? Пусть уж лучше показалось, да?
Дальше он говорил тем четверым, кто вышел в лидеры, что им сегодня предстоит делать. Но главное было — не лезть вперёд всех и действовать по команде.
— А когда остальным практиковаться? — спросил серьёзный и сосредоточенный Костя Петровский.
— На следующих занятиях. После того, как покажете мне устойчивую защиту и умение атаковать из-под неё.
И так он это сказал, что вопросов больше не было. Ой, нет, были. Томашевский, приятель Толоконникова, спросил:
— Готовиться на всю ночь?
— Думаю, часа нам с вами за глаза хватит, — ответил Авенир Афанасьевич.
И то хлеб, потому что до утра на улице — это хоть как одевайся, всё равно замёрзнешь.
— Поспать хотя бы, — вздохнула Марьяна. — Или пойдёмте в лавку?
— Давайте завтра, — есть хотелось немилосердно, лавка подождёт.
Она согласилась, и мы разбежались по домам.
Я именно что пообедала и легла спать, проспала до ужина, а после ужина читала на завтра. Явно после практики будет не до того.
И вот мы все стоим в уже знакомом коридоре перед аудиторией практики — в темноте, которую с трудом рассеивают немногочисленные осветительные шарики. Авенир Афанасьевич появился, оглядел нас.
— Оделись, всё верно. Слушаем меня.
