Азвестопуло оделся подобающе и показался шефу:
— Ну, годится?
— Как живой, — съязвил тот.
— Я буду вам телефонить.
Лыков рассердился:
— Ты мне этот одесский говор кончай! В Министерстве внутренних дел служишь, а не в Апраксином дворе!
— Что опять не так?
— Говорил уже: не телефонить, а телефонировать. Отключу аппарат, будешь знать…
Шеф, будучи обеспеченным человеком, оплачивал помощнику содержание домашнего телефона. По своему чину Сергей не мог претендовать на казенный аппарат, а платить сорок девять рублей пятьдесят копеек в год, как все обыватели, для него было накладно.
Азвестопуло беззаботно рассмеялся и уехал в 18-й мортирный дивизион. Там представился дежурному офицеру и в сопровождении старшего писаря обошел все помещения части. Сопровождающий был предупрежден об истинном интересе «подрядчика». Он нарочно проводил Сергея в самые подозрительные места, куда просто так солдаты чужих не пускали. Азвестопуло напряг всю свою наблюдательность, держал уши на макушке, но все впустую.
Что можно обнаружить беглым осмотром, если люди настороже?
Вечером коллежский секретарь доложил начальнику:
— Ничего! Остались два или три чулана, куда у меня не было повода зайти. Там попросту нет печей. И в склад боеприпаса меня тоже не пустили. И в конюшню, и в сенник — где пожароопасно и потому топить нельзя. Но ведь сейчас лето! Вшивобратия вполне может прятаться в сеннике. Что толку от такого осмотра…
— А человек от Игната Провича как себя вел?
— Старший писарь? Он сделал все, что мог.
К нему претензий нет. Но в третьей батарее его самого гоняют, всем заправляют ярославцы. Там, кстати сказать, творится нечто загадочное. Жгут постоянно незнамо чего на заднем дворе. Вонь стоит на весь дивизион… Остатков хлеба у них почти нет. Патроны пропали, две тысячи штук.
— Хлеб весь съедают, и патроны у них пропали? — оживился Лыков. — Едем туда. Вместе с охранниками — я обещал Герасимову действовать заодно.
Опять началось согласование. Жандармам требовалось разрешение, чтобы войти в казарму вооруженной силой и обыскать целую батарею.
Кому из военного начальства понравится такое? Даже влияния Трепова не хватило. Генерал-губернатор лично просил командующего войсками Петербургского военного округа великого князя Владимира Александровича. Тот артачился. Тогда Трепов схитрил. Он заявил великому князю, что в казарме могут скрываться террористы, которые готовят покушение на самого Владимира Александровича.
