– Не верю!
Старушка вспыхнула.
– Если вы знаете ее почерк, сэр, – отвечала она, подавая ему бумагу, – может быть, вы поверите этому.
Он прочитал.
– Я прошу извинения, – сказал Мидуинтер, отдавая ей назад бумагу. – Я прошу у вас извинения от всего своего сердца.
В его лице, когда он произнес эти слова, было что-то такое, не только уничтожившее раздражение старушки, но даже тронувшее ее внезапным состраданием к человеку, который оскорбил ее.
– Я боюсь, что под всем этим кроются какие-нибудь ужасные неприятности, сэр, – сказала она просто.
– Не желаете ли вы, чтобы я передала какое-нибудь поручение этой даме, когда она вернется?
Мидуинтер встал и прислонился на минуту к стене.
– Я сам принесу завтра мое поручение, – сказал он. – Я должен видеть ее, прежде чем она оставит ваш дом.
Доктор проводил своего пациента на улицу.
– Не надо ли проводить вас домой? – сказал он ласково. – Вам лучше не идти пешком, если это далеко. Вам нельзя утомляться, вам нельзя простужаться в эту холодную ночь.
Мидуинтер взял его за руку и тепло поблагодарил.
Оставшись один, Мидуинтер остановился и молча посмотрел на небо. Небо прояснилось, сияли звезды – те звезды, которые он в первый раз научился узнавать от своего цыгана-хозяина на горе. В первый раз мысли его с сожалением вернулись к детским дням.
«О, моя прежняя жизнь, – подумал он с тоской. – Я не знал до сих пор, как счастлива была моя прежняя жизнь!»
Мидуинтер опомнился и пошел в сторону открытой местности. Лицо его омрачилось, когда обжитые улицы остались позади.
Он шел навстречу уединению и темноте, которые простирались перед ним.
– Сегодня она отреклась от своего мужа, – сказал он. – Завтра она узнает своего властелина.
Глава III
Пурпуровый флакон
Кэб ждал у дверей, когда мисс Гуилт подошла к лечебнице. Бэшуд вышел ее встретить, она взяла его под руку и отвела на несколько шагов, так, чтобы не слышал извозчик.
– Думайте обо мне, что хотите, – сказала она, не поднимая с лица густой черной вуали, – но не говорите со мною сегодня.
Поезжайте назад в вашу гостиницу, действуйте так, как будто не случилось ничего. Встречайте, по обыкновению, поезд завтра, а потом приезжайте ко мне в лечебницу. Поезжайте, не говоря ни слова, и я поверю, что на свете есть один человек, который истинно любит меня. Если же вы останетесь и будете задавать вопросы, я прощусь с вами тотчас и навсегда.
Она указала на кэб. Еще через минуту кэб отъехал от лечебницы и повез Бэшуда в гостиницу.
