– Я не совсем помню, на чем я остановилась, – промолвила она. – Я только помню, что мне хотелось вам что-то сказать. Это все оттого, мистер Армадэль, что я иду с вами под руку, будет гораздо лучше, если вы согласитесь идти отдельно. Вы не соглашаетесь? Ну, когда так, напомните же мне, что такое хотела я вам сказать? На чем я остановилась, прежде чем заговорила о неприятностях и часах папа?
– Вы были в школе! – отвечал Аллан, покопавшись в своей памяти.
– Не в школе, хотите вы сказать, – продолжала мисс Мильрой, – по милости вашей.
Теперь я опять могу продолжать, и это очень утешительно. Я говорю совершенно серьезно, мистер Армадэль, что, если бы вы не согласились отдать внаймы папа коттедж, меня отдали бы в школу. Вот как это получилось: когда мы начали переезжать, миссис Блэнчард была так добра, что прислала нам сказать, что ее слуги в нашем распоряжении, если нам нужна помощь. После этого нам с папа только оставалось пойти и поблагодарить ее. Мы видели миссис и мисс Блэнчард.
Миссис была очаровательна, а мисс просто прелестна в трауре. Вы, наверно, восхищаетесь ею. Она высока, бледна и грациозна и, вероятно, совершенно оправдывает вашу идею о красоте?
– Ничуть не бывало, – отвечал Аллан. – Моя идея о красоте в настоящую минуту…
Мисс Мильрой, опасаясь комплимента, тотчас отняла свою руку.
– Я хочу сказать, что я никогда не видел ни миссис Блэнчард, ни ее племянницы, – прибавил Аллан, поспешно поправившись.
Мисс Мильрой сменила гнев на милость и опять взяла Аллана под руку.
– Как это странно, что вы никогда их не видели! – продолжала она. – Вам решительно незнакомы все и вся, в Торп-Эмброзе! Вот когда мы посидели и поговорили немножко с мисс Блэнчард, я услыхала, что миссис Блэнчард произнесла мое имя, и затаила дыхание. Она спрашивала папа: кончила ли я мое воспитание. Папа тотчас высказал свое главное затруднение. Надо вам знать, что моя прежняя гувернантка вышла замуж перед нашим приездом сюда и никто из наших друзей не мог рекомендовать нам другую, с умеренным жалованьем.
«Мне сказали, миссис Блэнчард, люди, понимающие это лучше, чем я, – сказал папа, – что объявлять в газетах всегда риск. Это все падает на меня при расстроенном здоровье миссис Мильрой, и, кажется, я должен кончить тем, что отдам мою девочку в школу. Не знаете ли вы школы, которая была бы по средствам бедного человека?» Миссис Блэнчард покачала головой. Я готова была расцеловать ее за это.
