По столичным, да и тиходонским меркам, подмосковная Балашиха могла считаться городком небольшим – за час обойдешь. Остановившись перед вещевым рынком, Семен попросил:
– Глянь, за крайними рядами черная «бэха» стоит?
Неспешным прогулочным шагом Гусар двинулся вдоль лотков. Китайский ширпотреб, самопальная обувь, уцененные ковры, ношеные вещи… Почему-то пахло пирожками. Гусар сглотнул слюну. Погода в Подмосковье теплом не баловала. Подернутые ледком лужи похрустывали под ногами. Холод забирался под легкую кожаную куртку.
Втянув голову в плечи, опер проскочил мимо выложенных грудой турецких дубленок, с сожалением причмокнув. Продавщица, благообразная тетушка в мохеровом берете, весело подмигнула:
– Мужчина, подходите, не стесняйтесь. Подберем по размерчику.
– Надо вначале бабло наскирдовать, – буркнул он и проскочил дальше.
За последним рядом павильонов стоял старый, замызганный «БМВ»-«пятерка». Рядом курил высокий небритый парень. Еще один дремал за рулем. Тонированное стекло мешало рассмотреть его лицо.
Не привлекая внимания, Гусар бочком протиснулся вдоль крайних закрытых на замок ларьков и, выйдя на пустырь, вполне натурально помочился. Потом по большой дуге обогнул рынок и вернулся к Семену.
– Тачка на месте. С двумя «быками». Один – длинный, под два метра. Стоит, курит. Второй, похоже, спит внутри.
– Спит?! – обрадовался Семен.
– Я же сказал – похоже.
– Тогда пошли.
Мельников зашагал к цели. Подойдя поближе, они высунулись из-за павильончика. Длинный стоял на том же месте.
Вместо дымящейся сигареты в руках у него парила чашка не то с чаем, не то с кофе. Семен спрятался обратно.
– Надо его позвать. Хрен знает, с кем он в паре.
– А это кто?
– Жердина. Тоже – из бармалеевских. Он у меня в обязаловке. По идее, обязан сдуть, что попрошу.
Гусаров хмыкнул:
– Ну, позвать – это запросто.
Он метнулся назад, к развалу с турецкими дубленками. Продавщица моментально изобразила широкую улыбку:
– Надумали, мужчина? Сейчас покажу…
– Не надо мне ничего показывать, кошелка, – скривил губы Гусар.
– Я здесь хочу своих людей поставить, зимней обувью торговать! С кем тут базар вести?
Тетушка построжала лицом и поджала губы.
– Это вам надо Пашку Длинного… Вон он стоит…
Гусар посмотрел, куда показывает палец с наполовину облупленным маникюром, и длинно сплюнул под ноги.
– Так пойди, позови! А то я тебя отсюда мигом сгоню!
– Это за что меня сгонять?! – с неожиданной агрессией окрысилась та.
