– Вот, уважаемый Борис Константинович, какая складывается картина…
Следователь молча рассматривал документы. Вид у него был довольно мрачным.
Второй клуб дыма отправился вслед за первым.
– Итак, гражданин Клищук, ранее совершавший кражи и грабежи, неожиданно заказал сотруднику ФСБ угон редкого, очень дорогого автомобиля. Затем пришел на встречу с этим сотрудником, имея при себе пакет с «куклой». Зачем-то сел за руль «Бентли», не умея водить машину и не имея возможности ее продать. За рулем его и задержали, а бумага в присутствии понятых из числа заинтересованных лиц волшебным образом превратилась в доллары.
А «Бентли», как зафиксировано в сводке происшествий УВД, никто не угонял. В эти сутки вообще не было угонов. Даже «Оки» или «Запорожца»! Это, по-вашему, уголовное дело? Нет, это абсурд! Все равно что навесить на меня заговор с целью угона стратегического бомбардировщика за миллион долларов!
Петрянский вскинул голову. Сочнев пересказывал ему эту фразу, и он знал, кто ее произнес.
– Вот официальное ходатайство о проверке всех изложенных мной фактов, – продолжил Чекулдаев и бросил на стол пачку схваченных скрепкой листков.
Теперь груда бумаг подозрительно напоминала холм на могиле служебной карьеры следователя Петрянского. Усиливая ассоциацию, виновник траурного торжества сидел с соответствующим видом.
– Кстати, я предварительно поговорил с журналистами из влиятельных московских газет, их эта история очень заинтересовала.
И телепередачу «Человек и закон» – тоже. У вас есть шанс прославиться на всю страну.
«Разрушитель дел» встал, раздавил в пепельнице сигариллу и набросил плащ. На пороге кабинета он обернулся.
– Правда, если вы сами исправите свои ошибки, я не буду настаивать на наказании виновных. И не стану ничего предавать гласности. Так что, доложите ситуацию своему руководству. Надеюсь, вы примете правильное решение!
Через два дня уголовное дело об угоне «Бентли» было прекращено за недоказанностью.
А гражданин Клищук Петр Васильевич не первый раз в своей жизни вышел на свободу. Причем – с абсолютно чистой совестью. Ибо так и не стал откровенничать с фээсбэшниками о мобильных телефонах. «Сливать» других – это, конечно, профессия агента-осведомителя. Но мент по прозвищу Лис был его другом. Единственным и настоящим, в отличие от Батона, Черкеса, Земы, Круглого и других блатных корешей. А друзей не «сливают».
