– Подожди, Колян, я тебе помогу! – Игорь побежал следом, размахивая увесистой кочергой.
В тамбуре было темно, удары совка и взмахи кочерги вымели милиционеров в соседний вагон, Бабочкин извлек пистолет, но Игорь выбил его, и оружие отлетело на середину ковровой дорожки.
– Не подходи, стреляю! – Трофимов тоже обнажил свой ПМ, но на «заведенного» Коляна это не произвело впечатления.
– Убью, сука! – Он действовал так, как в десятках больших и малых драк, украшавших не слишком длинную и не имеющую других украшений биографию.
– По стенкам размажу!
Массивный совок со свистом рассекал воздух.
Старший сержант задрал ствол вверх и нажал спуск. Грохнул выстрел, пуля пробила декоративный потолок, железную крышу и унеслась в ночное звездное небо.
– Я позову наряд! – крикнул из-за спины Бабочкин, раздался топот, хлопнула дверь.
Оставшийся один против двоих Трофимов направил пистолет на наступающего Коляна, тот отмахнулся своим импровизированным оружием и попал по кончику затвора.
Раздался металлический лязг и непроизвольный выстрел, пуля пробила тонкую стенку купе и ударила в плечо лежащего на нижней полке человека.
Уклоняясь от летающего вниз-вверх совка, старший сержант отступал, но первые выстрелы как бы сняли подсознательный запрет, он был готов стрелять еще, теперь любой повод мог выбросить навстречу Коляну уже не предупреждающую, а останавливающую пулю. Но тот об этом не знал, в его скудном опыте подобных ситуаций не случалось, а на ошибках других он, как и положено по пословице, не учился.
"
"Поводом стал пистолет Бабочкина, валяющийся на затоптанной ковровой дорожке: когда Трофимов в очередной раз шагнул назад, оружие оказалось между ним и шеф-поваром, через секунду неукротимый Колян мог сменить совок на более эффективный инструмент убийства. Понятно, что за эту черту его мог пустить только полный кретин.
– Стоять! – страшным голосом крикнул милиционер, но нападающий не послушался, и он выстрелил ему в ногу, чтобы, как и положено, причинить минимальный вред.
Тупой удар в бедро не остановил Коляна, он шагнул еще, не чувствуя боли, только нога стала деревянная, словно протез. Еще шаг, еще... Сейчас он достанет этого гада... Трофимов выстрелил второй раз. Шестиграммовая полусферическая пуля пробила тельняшку, грудную клетку, сердце и застряла в позвоночнике. Выронив совок, Колян прижал ладонь к ране и на миг замер, в глазах промелькнуло понимание...
