Теперь с ним говорил простой хороший мужик, очень дружески расположенный к подполковнику Кореневу и максимально готовый к оказанию последнему всевозможных услуг.
– Вспомнил ваше обещание, Виктор Фомич. Одному моему знакомому очень нужна помощь квалифицированного защитника. Но у него совершенно нет денег. Вы меня понимаете?
Коренев отставил трубку от уха и сделал приглашающий жест. Сержант перегнулся через стол и превратился в слух.
– Какие деньги, Филипп Михайлович, о чем разговор! – слегка обиделся Чекулдаев, как будто всегда работал исключительно бесплатно.
Лис отметил, что его имя-отчество адвокат помнил наизусть.
– Ваш знакомый под стражей?
– Да.
– Назовите, пожалуйста, его фамилию и статью.
– Трофимов, а статей у него целый букет. Одно убийство, одно покушение, превышение власти...
– Еще злостное хулиганство, – подсказал сержант, но Лис отмахнулся – частности сейчас никого не интересовали.
– Конечно, это по версии следствия...
– Разумеется, разумеется, – по тону адвоката было ясно, что версии следователя такая ерунда, которую не следует принимать в расчет.
– Я завтра же навещу вашего знакомого, и мы вместе определим линию защиты. А начнем, я думаю, с изменения меры пресечения.
– В этом ему уже несколько раз отказывали.
Чекулдаев снисходительно хохотнул.
– Теперь мы попросим вместе. А я умею убеждать людей.
Да, бандитский адвокат был очень уверен в себе, и эта уверенность основывалась на сильных позициях.
– Спасибо.
– Не стоит благодарности. Надеюсь, что мы еще не раз будем плодотворно сотрудничать.
Надейся, никто тебе не запрещает.
Трофимов ожил на глазах.
– Постойте, так это тот самый Чекулдаев?! – вдруг сообразил он. – Самый знаменитый защитник! Тюрьма аж гудит: Чекулда – то, Чекулда – се! Это он двух моих сокамерников вытащил! У него такса – сто долларов в час. Неужели возьмется бесплатно?
– Ты же слышал, – ответил Лис. Сейчас он не мог радоваться вместе с сержантом, угнетали свои заботы. – Думаю, теперь все пойдет на лад.
.. Он спрятал телефон и встал.
– Как в камере? Может, хочешь в одиночку?
Трофимов пожал плечами:
– Да нет. Пока вроде все нормально.
– Ну давай!
Лис протянул руку, и окрыленный сержант пожал ее изо всех сил.
По петляв по запутанным переходам, через несколько минут Лис зашел в кабинет начальника оперчасти. Грузный и седой подполковник Стариков оторвался от кучи грифованных бумаг и тяжело приподнялся в кресле.
– Психбольница, – вместо приветствия сказал он.
