Андрей согласился:
— Говорил! И повторюсь, ничего не может быть лучше русского леса, особенно во время дождя!
— Изморось ты называешь дождем?
— Да какая, в принципе, разница?
— Вот именно! Спросить ни о чем не хочешь?
Сургин взглянул на генерала:
— В смысле?
— В смысле, касательно странных молодых ребятишек, состоявших в штате покойного Аджара?
— Вот вы о чем? Мне интересно, естественно, что удалось о них узнать!
— Ну, пока ничего особенного, кроме одной детали. У всех из них, и у погибших, и у того, которого взяли благодаря твоим действиям, обнаружены следы укола в мозжечок.
То есть прямо в мозг!
— А разве укол в мозг не смертелен?
— Черт его знает, Андрей! Судя по нашим клиентам, не смертелен. Сейчас над этим работают наши специалисты. Результатов пока никаких. Да их сейчас и не может быть, потому что трупы и пленного доставили в секретную лабораторию только утром, в шесть часов, специальным бортом. Надеюсь, ближе к обеду нашим эскулапам удастся установить, что за вещество вводилось в их мозги.
Андрей задумался. Генерал спросил:
— О чем мысли, майор?
Сургин потер подбородок:
— Да вспомнил, как один из этих зомби однажды на хате в Пролетарске схватился незащищенной ладонью за раскаленную решетку газовой плиты. Я докладывал об этом. Он не почувствовал боли! Это факт! И отдернул ладонь лишь тогда, когда почувствовал запах горелого мяса. И еще, оказавшись не в своей комнате, парень явно растерялся. Он не знал, что ему делать дальше, хотя дружки его находились по соседству, совсем рядом, в той же квартире.
Генерал бросил быстрый взгляд на майора:
— И что из этого следует?
— То, что зомби лишены чувства боли и страха! И лишили их этих чувств, видимо, каким-то препаратом, который и ввели через мозжечок в мозг! А вот ориентации лишали уже уколами в вены. Люди Аджара, что охраняли и контролировали эту группу зомби, постоянно что-то кололи им. И ребятки смотрели на мир глазами глушеных военно-морских окуней. Ни хрена не соображая.
Потапов согласно кивнул головой:
— Очень даже может быть, что ты абсолютно прав.
Экспертиза вскоре разберется с этим вопросом.
Андрей проговорил:
— В Нижнем Борисове, насколько помню, бывшие дезертиры тоже действовали бесстрашно и бессмысленно. Их трупы не осматривали?
— Нет. Но я получил разрешение на эксгумацию тел братьев Чекуриных. Их также уже сегодня доставят в нашу лабораторию!
— Трупы отдали родителям?
— Нет! Похоронили в безымянной могиле на кладбище местной зоны.
