Бедный граф, он еще не имел чести пообщаться с этим страдающим кверулянтством[1] дедушкой. По-хорошему, успокаивающий чай надо было отнести ему, а не пить самой, тем более что я-то уже закаленная, в отличие от графа.
— Говорят, этого старого взяточника посадили! Давно пора! Вот пусть новый ректор меня выслушает, — потрясая толстенными книгой учета и папкой с бумагами, провозгласил пенсионер.
Я мысленно сделала жест «рука-лицо». Может, охрану вызвать? Я с сожалением отмела эту мысль. Вони будет… Шустрый дедок тем временем уже открывал дверь в кабинет Джонатана.
«Все, поздно», — пронеслась в голове паническая мысль, и я кинулась за посетителем. Еле успела втиснуться перед ним, чтобы объявить:
— Господин ректор, к вам посетитель.
Эверо поднял голову от бумаг.
— Никого не пускать. Я занят.
— Я не могу.
Граф выронил ручку и уставился на меня как баран на новые ворота. Наверное, до этого момента он думал, что фраза «не могу не пустить» не входит в мою базовую комплектацию.
Сюрприз! Да, да, из всех посетителей только этот старикашка может обыграть меня. Даже вам это редко удавалось.
— Ладно, пропусти.
Дед грубо оттолкнул меня, стремясь поскорее войти к Джонатану.
— Почему я жду? Я записан! Это нарушение моих прав, — с порога начал Галлий предъявлять претензии. — Почему я должен ждать под дверью, как собака? Я отдал лучшие годы жизни этой Академии! И что получил взамен? Мои заслуги ушли коту под хвост!
Глаза графа потемнели от злости.
Ага, не нравится? А сам так раньше врываться не стеснялся!
— Лада Борисовна, вы будете стенографировать. Я не хочу, чтобы суть этого разговора была потом искажена.
Дедуля начал отдавать приказы. Круто.
Раздался треск. Жаль, хорошая была ручка.
Я села в уголке и приготовилась записать очередную порцию чуши. По мне, все претензии Галлия надо фиксировать на туалетной бумаге, им там самое место, а не переводить хорошие листы.
Галлий достал пачку исписанной бумаги и устроился напротив Джонатана.
Откашлявшись, он начал:
— Я ветеран. Отдал лучшие годы своей жизни Академии. Как награда, мне была выделена квартира в многоквартирном доме по адресу: Цветная улица…
— Какая улица? — не врубился граф.
— Сейчас она Бирюзовая, — объяснила я, как более опытная в этом деле. Не в первый раз эту ересь слышу.
Дедок резко подскочил.
— Нет, она Цветная!
Впрочем, он быстро успокоился и сел обратно.
