Меня на ноги она ставила быстро.
Прозвучало как угроза.
Надо было видеть глаза старушки, когда я вошла в холл вслед за Эверо. Она уже прикидывала, как будет жить на одну пенсию, но репрессий со стороны графа не последовало. Просто он оставил меня на нее, буркнув, что к утру я должна быть здорова. Спеша исправить свою оплошность, мисс Пиннивет, как звали экономку, рьяно взялась за дело. Против горячей ванны я ничего не имела, а вот когда она принесла странно позвякивающий мешочек и бутыль со спиртом, мне стало не по себе.
Мне предлагают выпить? Увы, в мешке оказались не рюмки, а банки. В смысле — медицинские. Трындец. Пламя было адским. Похоже, я наткнулась на реинкарнацию Герострата. Пришлось сцепить зубы и вытерпеть эту процедуру до конца. Но на банках мои мучения не кончились. Когда я уже засыпала, бойкая бабулька притащила мне большую ложку коричневой бурды и стакан теплого молока. Я думала, молоко будет с медом, маслом и содой. Молоко оказалось с луком. Пытаясь отбить противный привкус, я махом проглотила ложку коричневой бурды.
Горячая… На вкус тоже не ахти. Но вот зачем Пиннивет начала перечислять, из чего она сделана? При упоминании нутряного жира я чуть все обратно не вернула.
Сейчас я была готова жизнь отдать за пакетик «фервекса». Теперь я понимала, почему контрабанда лекарств — такое прибыльное дело.
После такого гастрономического экстрима сон у меня как рукой сняло. Я лежала в кровати и тупо разглядывала пресловутых мишек на обоях. А посмотреть было на что, ведь Иден оказался талантливым ребенком.
Обычно дети рисуют на обоях каляки-маляки, но и тут сын графа проявил креатив. После его игр с красками мишки напоминали жертв жестокой битвы. Одному он весьма достоверно пририсовал оторванную лапу и море крови, другому оторвал обе ноги, третий мог похвастаться выбитым глазом. Сразу видно, что ребенок воспитывался в доме с чудесной семейной атмосферой… А мне предстоит ночь с чудесными кошмарами. Я угадала. Мне снилась Бородинская битва из фильма Бондарчука, где вместо солдат были плюшевые медведи.
Как ни странно, утром я чувствовала себя лучше. Видимо, за ночь организм проанализировал свое состояние и пришел к выводу, что еще один день такого лечения он не вынесет и надо выздоравливать.
При свете дня комната уже не напоминала детскую Ганнибала Лектора. Светлые обои, темная мебель, кажется, такой цвет называется венге, ковер с толстым ворсом на полу. Самое то, учитывая, что я босиком.
