Стучу… долго стучу… наконец дверь открыла сухонькая старушка в коричневом клетчатом платье, теплой вязаной шали и пенсне. Абсолютно седые волосы красиво уложены в пучок. На вид дружелюбная, но жизнь в общаге научила меня не доверять таким божьим одуванчикам. Они в интригах дворцовую свиту переплюнут, а в живучести — тараканов.
— Добрый день, — улыбаясь, начала я. — А…
— Сегодня милостыню не подаем!
И «хлоп!» дверью перед моим носом. Я хмыкнула про себя — теперь меня за нищенку приняли. Опять начала стучать. Дверь открыли еще раз, быстро сунули мне в руки бумажный сверток и закрыли.
И, судя по звуку, цепочку накинули. Сверток был теплым и одуряющее пах свежей выпечкой. Пирог… Может, еще раз постучать? Глядишь, и стакан горячего чая обломится.
Увы, есть мне предстояло всухомятку. Где-то мы парк проезжали. Конечно, деревянные скамейки сейчас холодные, но торчать у дома Джонатана, изображая статую, мне не хотелось. У меня в запасе еще четыре часа. Два я его жду — и иду в общагу."
"Пирог оказался довольно вкусным, хотя и с чечевицей.
Надо списать рецептик на будущее. Ждать в парке мне пришлось около часа. Зато вид бегущего по сугробам графа меня очень порадовал. Во-первых, я уже замерзла, во-вторых, это выглядело забавно. Так и хотелось крикнуть: «Беги, Форрест, беги!»
— Какого?.. — проглатывая слова в попытке восстановить дыхание, рявкнул граф. — Приключений на задницу захотелось? Или цистита на другое место? Я тебя отправил домой! Насколько помню, я гнездо в парке не вил, чтобы ты его моим домом посчитала.
Ты почему здесь?
— Меня даже на порог твоего особняка не пустили.
— Что? Да я их…
— Они правы, — я не дала ему придумать достойную кару. — Ты им премию должен выписать.
— Что?
— Посуди сам, в дверь настойчиво стучится неизвестная девица. Я бы такую на порог не пустила.
— А что ты — моя девушка, сказать не догадалась?
Да я даже рта раскрыть не успела. Но об этом я промолчала.
— Девушка. И что? Где бумага с печатью и подписью, которая подтверждает наши с тобой отношения? Так любая девица с улицы может к тебе домой заявиться.
Пересчитывай потом фамильное серебро. Мне с детства твердили, что если ко мне подвалит незнакомый человек и будет заливать о том, что его прислали мои мама и папа, то этого человека надо слать далеко. Если бы твоя прислуга была более легковерной, может, Марта у тебя уже прописалась бы. Апчхи!
— Так, простыла, — сделал вывод граф. — Чудесно! Теперь у моей экономки есть возможность отработать свою премию.
