— Просто в интернете увидел картинку, — Каз пожимает плечами, нарочито небрежно и отстраненно. Он вообще такой отстраненный становится, далекий сейчас. Гораздо дальше, чем был до этого, в нашем общем смущенном дорожном молчании, — понравилась. Стал рыть информацию. И нарыл… Прикинь теперь, как удивился, когда тебя увидел? Реально в реинкарнацию поверить можно.
— Да…
Я возвращаю телефон Казу, сажусь ровнее.
Каз отключает экран, но я успеваю заметить взгляд, который он бросает на портрет.
Внимательный. Нежный.
И так тяжело становится, так больно!
Я осознаю, что сейчас ревную. И злюсь. Злюсь на эту несчастную умершую девушку, потому что на нее он смотрит совершенно по-особенному… А на меня — не так. Ловлю себя на этой эмоции и ужасаюсь. Такое возможно, только если уже подсознательно принимаешь человека, считаешь его… своим?
Я считаю Каза своим?..
Кем?"
"— Спасибо, что рассказал, — говорю я, сглатывая обиду и неуместную ревность, — мы можем поехать? Вальчик ждет уже…
Каз кивает, заводит машину.
А я все жду чего-то от него.
Не знаю, чего.
Может, каких-то дополнительных слов, объяснений… Признаний?
В чем он должен признаваться? И уж тем более мне? Кто я такая, чтоб ждать от него этого?
Боже… Когда же я так умудрилась?..
Каз щурится на дорогу, потом на меня, явно ощущая, что что-то не так, что тональность между нами еще сильнее поменялась.
— Марусь, — начинает он говорить, но в этот момент звонит мой телефон.
— Привет, Лана, — говорю я в трубку, — я уже еду за Вальчиком…
— Еще не доехала? — голос Ланки веселый такой, спокойный, на заднем фоне слышится музыка, словно она где-то в замкнутом пространстве, в машине, например, — ну и отлично. Я сама его заберу. Мы поедем погуляем.
— Мы? — вычленяю я ключевые слова, — ты с Сергеем?
— Нет… — голос Ланки приобретает отчетливо напряженные ноты, — потом поговорим, хорошо, Марусь? На сегодня отбой с Вальчиком.
— Хорошо… — растерянно говорю я и отключаюсь.
Каз, прекрасно слышавший наш разговор, улыбается:
— Ты свободна, значит, еще пару часов? Поехали покатаемся?
Но мне сейчас совсем не хочется кататься, мне необходимо, наоборот, побыть одной, как-то переварить услышанное, понять, что вообще со мной сейчас произошло.
Потому твердо отказываюсь.
