– Если господам придется ждать твоего папашу, они могут просидеть тут до второго пришествия. Верно я говорю? – обратился он к третьему, который так и не вымолвил ни слова, а только задумчиво ковырял в носу.
– Ладно тебе, Луи, – сердито буркнул Этьен, – мой папаша пьет не больше твоего.
– А твой отец кто? – вмешался Алексей, чтобы предотвратить назревавшую между мальчиками ссору.
– Садовник, – объяснил мальчик. – Все остальные слуги давно уже рассчитались и ушли. Кому охота служить в доме, где убили хозяина?
– А по-моему, наоборот, здорово, – вставил Луи, который был немного старше своих товарищей и смотрел на них свысока.
– Про него все время в газетах пишут.
– Так ему-то уже без разницы, – возразил Этьен, отличавшийся удивительным для своего возраста здравомыслием, и ловко запустил очередной кораблик. – Вы точно хотите подождать моего отца?
– Да, наверное, – кивнула Полина. – Смотри, твой кораблик пошел ко дну.
– Это потому, что бумага плохая, – с сожалением сказал второй мальчик.
– Ничего подобного, – возразил Алексей, – все зависит от того, как складывать кораблик и как его пускать.
– Говорить-то всегда легко… – буркнул Луи, но офицер услышал его.
– Ах, так? Ну ладно!
Последующие четверть часа прошли в запускании корабликов, причем те, что сделал Алексей, заплывали дальше всех, почти до самой середины пруда. Полина и особенно мальчишки были в восхищении, но, на беду, вся бумага для корабликов скоро закончилась.
– У меня больше нет, – с сожалением объявил Этьен.
– У меня тоже, – огорченно сообщил и Луи.
Этьен поднялся и стал осматривать траву.
– Ты что ищешь? – спросила у него Полина.
– А тут обычно в траве всякий мусор валяется, – ответил мальчик. – Прошлый раз я нашел тут конверт. Из плотный бумаги. Из него такой кораблик получился, что просто загляденье!
Сердце Алексея подпрыгнуло у него в груди. Он точно помнил: конверт в шкатулке был из довольно плотной бумаги.
– Конверт? Что за конверт?
– Не знаю, – равнодушно отозвался мальчик. – Просто конверт.
Это давно было.
– Может, он кому-то был нужен? – предположила Полина.
– Мятый и пустой конверт? – пожал плечами Этьен. – На нем же ничего особенного не было. Только адрес, и все.
Особые агенты чувствовали себя ужасно гадко, выпытывая у ребенка подробности, но, в сущности, у них не оставалось выбора.
– Это ты так говоришь, – заметила Полина с улыбкой, – ведь наверняка даже не прочитал, что там было написано.
– Еще как прочитал! – уперся Этьен.
