— Пожалуй, наличку мы тебе оставим, Баграев, а вот аппартаменты свои ты вряд ли потянешь. Машину одну какую-то, сам выбери. С детьми на троллейбусе очень неудобно. Да, Дана? — и хищно сначала на Данку, потом на Данияла.
Она лишь кивнула беспомощно, Баграев сохранял полную невозмутимость. Может, они договорились?..
Аверин начал зачитывать вслух по пунктам, попутно задавая вопросы Даниялу. Тот уточнял, отвечал спокойно и продолжал обдавать Данку жаром своих глаз. Наконец Костя закончил чтение и отложил бумаги.
— Значит, по деньгам договорились. Все помимо налички и автомобиля ты передаешь в собственность Дарии Михайловны Бондарь. Заметь, не детям, при которых она лишь опекун, нет. Ты отдашь все ей, вы поменяетесь местами. Теперь она будет обеспеченной молодой женщиной, а ты будешь на нее работать. Тебе ведь понадобится работа, Баграев? Можешь, конечно, пойти водителем маршрутки, слышал, ты неплохо водишь. Но я могу порекомендовать тебя на роль исполнительного директора, управляющий с тебя выйдет толковый.
— Я согласен. Просьба. Дана, — голос Данияла дрогнул, но тот быстро взял себя в руки, — когда встанешь во главе компании, не увольняй всех подряд. И еще Батраз, мой зять — у него акции."
"— Квартиру не надо забирать, Костя, — не выдержала Данка, готовясь, что тот снова начнет топтаться по ее ноге. Но Аверин лишь фыркнул.
— Как скажешь. Но я бы поменялся, ты туда, он сюда. Ты могла бы ему эту квартиру сдавать, пусть поживет на съемной…. Ну да ладно. Какие у тебя есть еще условия, Дана?
Она облизнула пересохшие губы.
— Они никогда не будут Баграевыми.
Даниял вздрогнул, на миг закрыл глаза, и снова совладал с собой достаточно быстро.
— Хорошо, но отчество — мое.
Данка собиралась возразить, но Аверин снова наступил ей на ногу.
— Бондарь — это чья фамилия? — негромко спросил Дан, и у Данки заныло в груди.
— Девичья мамы.
— Если ты захочешь дать им фамилию отца, я не против.
— Учту. И еще. Твоя родня, Даниял, к моим детям тоже не имеет отношения.
Туда ты их не повезешь.
Он отвернулся и ответил будто в пустоту:
— Бабушка была бы рада тебя видеть. И еще Нина… Она скучает, Дана.
Данка едва сдерживала слезы. Как же сложно быть железобетонной и ледяной, когда внутри все заходится от плача.
— Ты можешь общаться с теми, кого выберешь сама, Данка, — очень мягко сказал Костя, беря ее за руку, — здесь на своей территории. А когда Никита с Настей вырастут, они сами будут выбирать.
И сжал ладонь.
